Смутьян

Алина уехала домой. С ней всё в порядке, просто она сказала, что не хочет никого видеть и хочет обо всём забыть. Адреса не знаю. Так что искать её бессмысленно. В городе её уже нет».

Она бросила меня. Просто уехала, даже не попрощавшись. Выкинула из жизни, как ненужного пса. Глаза зажгло. Думал, что плакать я больше не умею. Кажется, это не так…

- Эй, ты? Ты офанорел?! - раздался голос из приоткрывшейся двери одной из квартир.

Медленно повернул голову на голос. Даже не сразу дошло, что не так. Плакать нельзя? Я знаю, только не могу этим управлять.

- Сигарету потуши, дебил. Тут, вообще-то, дети живут маленькие.

А, женщина про курение говорила… Молча потушил сигарету и выкинул в банку из под «Nescafe» и пошёл к машине. Чё тут сидеть-то. Алина всё равно не появится волшебным образом в этом самом подъезде.

На автомате доехал дом дома, даже не помню, как жал педали и как я их вообще не перепутал все. Открыл дверь и скинул кроссовки. Не раздеваясь добрёл до кровати и лёг. Ничего не хочу. Ничего. Пустота. Боль. Мука.

Ещё раз настырно набрал номер, который выучил наизусть. Снова не берёт трубку. Очередное смс не заставило её ответить. Позвонил ещё раз - опять недоступна. Для кого-то, может быть, и доступна, но не для меня. Бросил телефон и улёгся лицом в подушку.

Зачем ты так со мной, Алинка? Ну в чём я виноват? Что люблю тебя, что готов бежать за тобой на край света, да только не знаю, куда именно? Как в тупике. Выхода нет. Ничего больше нет.

53.

Прошла неделя

Алина

Квартиру нашла быстро. Район мой отдалён от центра, и жильё тут значительно дешевле. Одна маленькая комната, душ вместо ванной и малюсенькая кухонька и коридор. Даже коридочик. Но я всё равно очень довольна. Отдельная квартира оказалась мне по карману, а это намного лучше комнаты в общежитии.

Дедушкины деньги пригодились тоже. Ещё один месяц мне оплатил дед. И хоть сопротивлялся, я сказала, что всё верну, когда устроюсь на работу. Кстати, пару вакансий я уже присмотрела и договорилась о собеседовании.

В целом всё было вовсе не плохо, кроме того, что на душе скребли кошки, а по ночам становилось особенно грустно. Номер я сменила, заблокировала Вадима в соц. сети, но не могла так скоро забыть о нём, даже если и решила это сделать. Время от времени заходила на его страницу, смотрела фотографии под грустные песни и собственные слёзы.

Как же я тоскую… Даже сама не знала, насколько я уже проросла в него за эти два года. Пусть у нас был секс всего один раз, это оказалось вовсе не главное для любви. Зато между нами давно и прочно установилась незримая связь, которую чувствуем мы оба, и которую я захотела разорвать, и теперь меня ломает будто я наркоман. Так и тянулись руки снять блок, особенно, когда значок возле автарки Вадика был зелёный - он в сети.