Смертный приговор

 – Хаузер, Федеральное ведомство по уголовным делам города Вены. Мой автомобиль стоит у выхода.

Выезд с территории аэропорта мимо многочисленных парковок и многоуровневых стоянок занял минут пять. Погода в Австрии была несколько лучше, чем в Висбадене и Франкфурте. Солнце пробивалось через облака, и Хаузер достал из бардачка солнечные очки. Он выехал на восточный автобан, но направился не в сторону съезда на Вену, а в противоположном направлении.

Хаузер взглянул на нее поверх очков.

– Я отвезу вас прямо к прокурору Дитц. Она живет в Нойзидль-ам-Зе. Через двадцать пять минут будем там.

Он перестроился в левую полосу и нажал на газ.

– Она выделила для вас целый день.

– Вы тоже будете с нами? – спросила Сабина.

– По крайней мере, первый час – зависит от того, поможет ли нам ваша информация. В любом случае Дитц собирает у себя дома специальную комиссию для нас.

– Вы уже сейчас хотите поговорить о деле? – Сабина прикрыла рукой рот и зевнула. – Извините…

– Нет, приберегите силы. Нас ждет напряженный день. Вы выглядите усталой. Хотите поспать?

– Да, спасибо, я почти не спала сегодня.

– Без проблем.

Сабина скатала куртку и прислонилась головой к боковому стеклу. В следующий момент у нее сами собой закрылись глаза.

Сабина проснулась, когда Хаузер заглушил мотор. Они припарковались рядом с внедорожником. Дом прокурора Дитц – с частным пляжем и деревянным причалом, на котором лежало водолазное снаряжение, – стоял прямо на берегу озера. Неподалеку на волнах покачивался гидроцикл. Местность к востоку от Вены была равнинной. Волны сверкали на солнце. Всего в нескольких сотнях метров виднелась пристань с яхтами.

Только Хаузер и Сабина сделали несколько шагов по участку, как из дома через дверцу для собак выскочил золотистый ретривер и бросился им навстречу.

– Боитесь собак? – спросила Сабина.

– Меня однажды укусил пес.

– На службе?

– В пятилетием возрасте.

Навстречу им вышла высокая женщина лет сорока, с длинными каштановыми волосами. Она была одета в кроссовки и темно-синий спортивный костюм с капюшоном.

– Мелани Дитц, – представилась она и протянула Сабине руку.

Когда Сабина прекратила гладить пса, тот прижался телом к ее ноге и принялся тыкаться в нее мордой.

– Да, молодец, мой хороший, – сказала Сабина и почесала его за ухом. – Еще совсем молодой?

– Три года, – ответила прокурор. – Ее зовут Шейла.

– Как кошачий корм?

– Именно.

– Она терапевтическая собака для детей с психологическими травмами, – добавил Хаузер.

Прокурор бросила на Хаузера удивленный взгляд, который Сабина не смогла правильно истолковать.

– Пойдемте в дом, – предложила Дитц и направилась первой.