3
0У каждой из четырех жертв был родственник, который десять лет назад выступал присяжным в одном и том же австрийском уголовном процессе. Данное судебное разбирательство и было связующим звеном! Эрик обнаружил этот общий знаменатель!
Она должна была выяснить все об этом процессе. Сколько бы Сабина ни искала в Интернете информацию об убийстве мальчика Беньямина, она постоянно натыкалась на одно и то же имя: Герхард Дитц. Этот Герхард Дитц был венским судебным репортером, который с самого начала следил за судебным разбирательством. Он же написал и большинство сообщений для газеты.
Недолго думая, Сабина набрала этот номер с телефонным кодом Австрии. Видимо, Винсент заметил ее возбуждение, потому что наблюдал на ней, поскуливая, и мотал головой, словно хотел помочь.
Мужчина со спокойным и приятным голосом ответил на звонок:
– Герхард Дитц.
– Добрый день, господин Дитц, меня зовут Сабина Немез, – представилась она. – Я звоню из Висбадена.
– У вас баварский акцент, – заметил он.
– Я была комиссаром в мюнхенской полиции.
– Была?
– Сейчас я студентка академии БКА в Висбадене.
– Ваше имя мне знакомо. Вы пишете какую-то работу?
– Я расследую одно дело.
– Вы не против, если я запишу наш разговор на пленку?
– Нет.
– О’кей, секунду – продолжайте.
– У нас в Германии имеется целый ряд нераскрытых убийств. Десять лет назад родственники жертв были присяжными в деле об убийстве семилетнего Беньямина.
– Как вы выяснили фамилии присяжных? – перебил он ее.
– Благодаря рисунку судебного художника.
– Господи… – Дитц страдальчески рассмеялся. – Подпись к рисунку все еще в Интернете? Это была ошибка. Картинку должны были удалить с сервера много лет назад.
– Счастливое совпадение, иначе я никогда не обнаружила бы эту связь. – Сабина сделала паузу.
– Продолжайте. Мне кажется, вам есть что рассказать.
– Убийства в Германии могут быть как-то связаны с этим процессом. Я должна знать, о чем там шла речь, и мне необходимы все материалы по этому делу.
– Обратитесь в Венский земельный суд, – посоветовал Дитц.
Теперь страдальчески рассмеялась Сабина."
"– Дело в том, что… – «Меня уволили из академии, директор БКА с удовольствием бы меня пристрелил, мой друг лежит в реанимации с пулей в голове, а мой преподаватель бесследно исчез». Конечно, она ничего из этого не сказала, иначе Дитц тут же оборвал бы разговор. – Время поджимает, и человеческие жизни могут быть в опасности.
– Понимаю. – Дитц размышлял.
