Случайная вакансия

Мисс Харви кричала во всё горло, призывая учеников к порядку. Листки для классной работы были исписаны похабщиной; ребята свободно перемещались по классу, грохоча стульями; стоило мисс Харви отвернуться, как из трубочек летели пульки жёваной бумаги. Иногда Пупс под надуманным предлогом поднимался из-за парты и начинал расхаживать туда-сюда, изображая дёрганую, с неподвижными руками походку Кабби. Здесь Пупс давал волю своему юмору; зато на уроках английского и литературы, где они с Эндрю были в самой сильной группе, на такие пародии он не разменивался.

Непосредственно перед Эндрю сидела Сухвиндер Джаванда.

Давным-давно, в младших классах, Эндрю, Пупс и другие ребята дёргали Сухвиндер за иссиня-чёрную косичку; при игре в пятнашки это напрашивалось само собой, да и на уроках, когда учитель отворачивался, трудно было удержаться, если эта косичка болталась, вот как сейчас, прямо у тебя перед глазами. Но Эндрю отошёл от этих детских шалостей; его больше не тянуло дотрагиваться до этой косички, равно как и до самой Сухвиндер: она была одной из немногих девчонок, на которых не задерживался его взгляд. Как указал ему Пупс, у Сухвиндер над верхней губой темнели усики. Другое дело — её старшая сестра, Ясвант: фигуристая, с осиной талией и таким личиком, которое до появления Гайи казалось Эндрю прекрасным: высокие скулы, гладкая золотистая кожа, миндалевидные влажные карие глаза. Само собой разумеется, Ясвант оставалась недосягаемой: на два класса старше, круглая отличница, да ещё с полным осознанием (вплоть до последнего мальчишеского стояка) своих прелестей.

Сухвиндер, единственная в классе, не издавала ни звука. Ссутулившись и склонив голову к парте, она окружила себя коконом сосредоточенности. Левый рукав джемпера спускался на кисть руки, делая её похожей на шерстистый клубок. Такая неподвижность подчас выглядела неестественной.

— Большой гермафродит, как мумия, сидит, — нашёптывал Пупс. — Усы и крупные молочные железы: научный мир теряется в догадках относительно противоречивой женско-мужской природы.

Эндрю хоть и посмеивался, но испытывал неловкость. Хотелось всё-таки верить, что Сухвиндер этого не слышала. Когда он в прошлый раз заходил к Пупсу домой, тот показал ему сообщения, которые регулярно отправлял на страничку Сухвиндер в «Фейсбуке». Раскопав в интернете информацию о повышенной волосатости у женщин, он ежедневно посылал ей то цитату, то картинку.

Может, и было в этом что-то прикольное, но Эндрю стало не по себе. Сухвиндер — слишком лёгкая мишень, она ведь никогда не выпендривалась. Эндрю предпочитал, чтобы Пупс упражнялся в остроумии там, где видел власть, заносчивость или самомнение.