Случайная вакансия

Возможно, он по выходным будет ездить в столицу точно так же, как сейчас ездит на автобусе в Ярвил. Но по большому счёту ему казалось, что это дохлый номер: он не знал ничего, кроме Пэгфорда; он так и не сумел представить себе их семью в каком-нибудь другом месте.

На большой перемене Эндрю без проволочек ушёл из школы и отправился на поиски Пупса. Скрывшись от посторонних глаз, он сразу же закурил и, привычным жестом засовывая зажигалку в карман, услышал девичий голосок:

— Привет.

С ним поравнялись Гайя и Сухвиндер.

— Всё путём, — откликнулся он, выдыхая дым в сторону от милого личика Гайи.

У их троицы в последние две недели установились особенные отношения — как ни у кого. Подработка в кафе связала их тонкой нитью. Они уже знали набор дежурных шуточек Говарда и стойко терпели нездоровый интерес Морин к тому, что творится у них в семьях; они потешались при виде её старческих коленок, торчащих из-под слишком короткого форменного платья, и, словно купцы в чужой земле, обменивались драгоценными крупицами личных сведений. Так девочки узнали, что отца Эндрю уволили; Эндрю и Сухвиндер стало известно, что Гайя устроилась на эту работу, чтобы скопить на железнодорожный билет и вернуться в Хэкни, а Эндрю и Гайя узнали, что мать Сухвиндер категорически против её работы на Говарда Моллисона.

— Где же твой дружок Жирдяй? — спросила Гайя, когда они втроём приноровились идти в ногу.

— Без понятия, — бросил Эндрю. — Он мне не попадался.

— Невелика потеря, — отозвалась Гайя. — Сколько ты выкуриваешь за день?

— Не считал. — Эндрю окрылил её интерес. — Хочешь сигаретку?

— Нет, — отказалась Гайя. — Я против курения.

Он тут же задался вопросом, распространяется ли её отвращение к курению на поцелуи с курильщиками. Нив Фейрбразер не возражала, когда на школьной дискотеке он обшарил языком её рот.

— А Марко не курит? — поинтересовалась Сухвиндер.

— Нет, у него вечно тренировки, — сказала Гайя.

К этому времени Эндрю уже почти свыкся с мыслью о Марко де Луке. Было своё преимущество в том, что Гайя, так сказать, хранила верность человеку со стороны. Тягостное впечатление от вывешенных на её страничке в «Фейсбуке» фотографий, на которых они с Марко были запечатлены вместе, со временем притупилось. Эндрю не обманывался тем обстоятельством, что послания, которые Гайя и Марко оставляли друг другу, становились всё более редкими и менее тёплыми. Есть ведь ещё телефон, есть электронная почта, но он знал одно: при упоминании о Марко у Гайи вытягивалось лицо.

— А вот и он, — сказала Гайя.

Но перед ними возник не красавчик Марко, а Пупс Уолл, который около газетного павильона трепался с Дейном Талли.

Сухвиндер застыла, но Гайя вцепилась ей в руку выше локтя.