0
0При виде Викрама Джаванды он вспоминал, что эти длинные смуглые пальцы прикасались к его открытому, бьющемуся сердцу, а то благодушие, которое Говард изображал при каждой встрече, было лишь способом оградиться от первобытного, инстинктивного страха. Ещё в больнице ему говорили, что нужно худеть, но он и так уже сбросил двенадцать кило, когда вынужден был питаться больничной едой, и Ширли твёрдо вознамерилась снова откормить его после выписки…
Говард ещё немного посидел, наслаждаясь лёгкостью дыхания, которую давал ему ингалятор. Сегодняшний день много для него значил. Тридцать пять лет назад он с энергичностью авантюриста шестнадцатого века, вернувшегося из заморских стран с редкими яствами, познакомил Пэгфорд с изысканными деликатесами, и город, поначалу настороженный, вскоре начал проявлять робкий интерес и с любопытством принюхиваться к его пластиковым контейнерам. Он с грустью вспомнил свою покойную мать, которая так гордилась им самим и его процветающим бизнесом. Жаль, что ей не суждено увидеть кафе. Тяжело поднявшись на ноги, он снял с крючка войлочную шляпу и бережно, как корону, водрузил её на голову.
Его новые официантки приехали вместе в половине девятого. У него был для них сюрприз.
— Вот, держите, — сказал он, протягивая им форму: чёрные платья с белыми кружевными фартучками, в точности как он задумал. — Должно подойти. Морин прикинула ваши размеры. Она и сама будет в таком же.
Гайя с трудом сдержала смех, когда Морин с улыбкой вплыла в торговый зал из кафе. На ней были ортопедические босоножки, надетые поверх чёрных чулок. Платье заканчивалось на два дюйма выше её старческих коленок.
— Можете переодеться в подсобке, девочки, — сказала она, указывая на каморку, из которой только что вышел Говард.
Гайя уже стягивала джинсы в туалете для персонала, когда увидела испуг на лице Сухвиндер.
— В чём дело, Винда? — спросила она.
Новое прозвище дало Сухвиндер мужество сказать то, что в других обстоятельствах она не смогла бы произнести вслух:
— Я не могу это надеть.
— Почему? — удивилась Гайя. — Тебе пойдёт.
Но у чёрного платья были короткие рукава.
— Не могу.
— Но поче… Господи, — ужаснулась Гайя, когда Сухвиндер закатала рукава джемпера.
Внутренняя поверхность её рук была покрыта уродливыми перекрёстными шрамами, а от запястья до локтевого сгиба тянулись свежезапёкшиеся рубцы.
— Винда, — тихо произнесла Гайя. — Во что ты ввязалась, подруга?
Сухвиндер со слезами на глазах только покачала головой.
Гайя на мгновение задумалась, а потом сказала:
— Есть идея; подойди-ка сюда.
Она начала снимать с себя белую кофточку с длинными рукавами.
