1
0Некогда было смотреть, что там внутри, конюх мог вернуться с минуты на минуту, так что я поспешила закрыть тайник.
Я успела сунуть шкатулку в седельную сумку как раз вовремя: вошел конюх.
– Ошиблись вы, госпожа, – сказал он. – Хозяйка меня не звала.
– Перепутала, уж извини, – вздохнула я, выводя кобылу во двор. Хотелось приласкать напоследок старого серого коня, но возвращаться я не стала. – Едем, Лауринь.
– Так точно, госпожа Нарен.
Уже сидя в седле, я окинула взглядом двор: казалось, будто кто-то глядит мне в спину. Нет, никого, только на заборе притулилась облезлая ворона. Уж не та ли самая, что приблудилась к моему двору? Очень странно… Неужто следит, гадина?! Тогда понятно, с чего проклятая птица мокнет под дождем, вместо того чтобы спрятаться, как все ее нормальные товарки…
Может, у меня разыгралось воображение, но и исключать такую возможность я не имела права. Значит, кому-то настолько хочется знать, чем я занимаюсь и где бываю, что он не пожалел времени и усилий и приставил ко мне соглядатая? Да какого! Кто подумает на невинную птицу? Вот только ему следовало выбрать более пристойно выглядящую ворону, эта, облезлая, очень уж бросалась в глаза…
– Что вы застряли, Лауринь, – с досадой бросила я, подгоняя лошадь. – Не отставайте!
– Да, госпожа Нарен… – Лауринь догнал меня и поехал бок о бок, недоуменно поглядывая на меня. – Скажите, а…
– Лауринь, можете вы помолчать хоть минуту? – окрысилась я довольно громко. – У меня и без вас проблем хватает! Так что закройте рот и езжайте тихо!"
"Лейтенант посмотрел на меня с откровенной обидой, но замолчал. Молча мы доехали до моего дома. Передав лошадь Диму, я уселась прямо на крыльце, благо дождь все-таки прекратился. Лауринь, храня вид оскорбленной невинности, присел рядом на ступеньки. Я подбирала камешки и швыряла их в лужу у ворот. Надо сказать Диму, чтобы засыпал ее щебенкой…
Наконец я дождалась: ворона спикировала откуда-то из-за дома и заняла свой наблюдательный пост на дереве у ворот. Лауринь проследил за моим взглядом и нахмурился. Догадается или нет?
– Госпожа Нарен, – снова завел он. – Что же теперь делать?
– Ума не приложу, Лауринь, – фыркнула я. – Это была последняя ниточка, и она оборвалась… – Я словно бы в сердцах стукнула кулаком по колену. – Ну что этому старику стоило протянуть еще четверть часа?!
– Он, должно быть, так разволновался, что… не выдержал, в общем, – вздохнул Лауринь. Теперь он по моему примеру подбирал камешки и бросал их, только целился не в лужу, а в воротный столб.
– Чудовищно, Лауринь, просто чудовищно, – простонала я. – Ведь он ничего, ровным счетом ничего не сказал! Я так рассчитывала…
– А что вы теперь будете делать?
– Не знаю, – хмуро ответила я. – Похоже, живых свидетелей не осталось.
