0
0
Софья Аркадьевна считала Лизу ни много ни мало своей подругой и велела называть просто Софи. Эти неполные две недели, что Риттеры были в городе, они виделись едва ли не каждый день. Да не просто здоровались издали, а общались близко: в хорошие дни прогуливались вдоль набережной или в парке, в холодные вместе пили кофе в кондитерских или же по-свойски приглашали друг дружку отпить чаю в гостях.
Причем инициатором чаще была именно Лиза.
И все же Софи до сих пор оставалась для Лизы особой туманной и непонятной. С одной стороны, все, что заботило Софи – это ее собственная персона и то, что эту персону развлекает. Воспитание ее ограничивалось манерностью да заученными жестами. Образованием оно тоже не могла блеснуть: недавно Лиза обнаружила, что madame Риттер совершенно искренне полагает, будто Солнце вращается вокруг Земли. Да и когда Лиза сообщила ей обратное, наверняка это недолго задержалось в ее головке, ибо зачем думать о таких глупостях: от этого морщины появляются и седые волосы.
И все же, хотя седых волос у Софи почти не было, она далеко не так примитивна, как, к примеру, Лизина петербургская тетушка – батюшкина сестра.
Софи отлично разбиралась в людях. Буквально насквозь их видела и знала, к кому какой ключик подобрать. В результате, как полная противоположности Лизе, Софья Аркадьевна нравилась практически всем. При шапочном знакомстве, по крайней мере. Даже Лизе она исподволь, но нравилась. Чего уж скрывать, Лиза бы с удовольствием поучилась у нее, как сделать так, чтоб тебя все любили…
В общем, Софи ей одновременно и нравилась, и вызывала раздражение.
У той словно было второе дно под маской недалекой светской львицы, и какая Софья Аркадьевна на самом деле Лиза все не могла понять.
А еще Лиза была горда собой, что все-таки сумела эту даму обхитрить. Заставить думать, будто ей, Лизе, нужны лишь две вещи в мире: замужество за ее сыном и любящая мамочка. Разумеется, ни то, ни другое Лизу не интересовало. Ей нужна была только сама Софи Риттер в девичестве Доронина.
– Ах, какой сегодня чудесный вечер, Лизонька!
Софья Аркадьевна домучила свое пирожное, поднялась с подушек и изволила подойти к окошку, что глядело на приусадебный парк.
– Никогда не любила зиму… – призналась вдруг Софи. – Зимой так холодно, и снег в лицо летит, и волосы толком не причешешь. То ли дело в Карловых Варах… Вы, Лизонька, были в Карловых Варах? Ах, вам непременно нужно там побывать! И в Бад Эмсе тоже весьма недурно. А вот на Лазурном берегу да в Тулоне мне не понравилось. Душно. Влажность высочайшая – а у меня, знаете ли, волосы от влажности так вьются, так вьются… Я там была, что цыганка какая.
