Sindroma unicuma. Книга 2.

Посмотрела на руки Мэла, лежащие на руле - сильные и крепкие, способные творить со мной нечто невообразимое, разжижающее волю, покосилась на него самого, излучающего уверенность и надежность, и пришла к выводу, что местоимение ""мой"" меняет восприятие, пробуждая собственнические инстинкты и ревность. Мэл принадлежал мне целиком у кухонного стола, и в душе тоже был моим. Руки, что сейчас поворачивали руль налево, - для меня, и объятия Мэла - тоже для меня, и даже его упрямство - для меня. Он весь - мой, обвешанный сигнальными флажками с надписью: ""Чужое не лапать!"".

"

"Эгоистичность запросов в отношении хозяйствования над Мэлом потрясла меня. Я не причисляла себя к ревнивицам, полагая, что никогда не опущусь до унижения собственного достоинства, а теперь с неохотой признавалась, что хочу занимать ключевое место в мыслях и планах Мэла.

Мечтать вредно. Несбыточные мечты отвлекают и затрудняют жизнь, создавая ворох осложнений, и за одно из них следовало хорошенько поругать себя и отшлепать для острастки. Благодаря моей беспросветной простоте, Мэл расстался с денежной наличностью в объеме трех нулей, вдобавок придется дрожать осинкой в ожидании, подействует чудодейственный препарат или нет.

Но как я ни выдавливала из себя раскаяние, а не получилось выжать ни капли. Наоборот, вспомнив об обещании Мэла опробовать, разволновалась, чувствуя, как щекочет предвкушение. В конце концов, я не сопливая малолетка, чтобы каяться в случившемся и давиться угрызениями совести, - объявила себе с гонором. Как хочу, так и живу, и сессию сдам, не запачкаюсь.

Хватило бы сил по-боевому задирать нос, если не попаду в сто гарантированных процентов эффективного чудо-препарата.

Вот будет номер! Не представляю, как отреагирует Мэл, когда скажу: ""Кажется, я влетела"". Его сегодняшняя обеспокоенность возможными последствиями и забота о моем самочувствии давали повод думать, что он поддержит и найдет выход, если не влезу в сто счастливых процентов. О реакции моего отца или родни Мэла не хотелось и заикаться.

Интересно, каким родителем стал бы Мэл? - задалась вопросом и тут же испугалась. Мысль о родительстве казалась дикой и нереальной. Я ни разу не держала грудных младенцев на руках и не имела ни малейшего представления о том, как обращаться с ними.

Вот Олег и Марта наверняка морально созрели и осознанно пошли на серьезный шаг, подумав о ребенке. С бухты-барахты становятся родителями полные идиоты, не успевшие толком распробовать прелести личной жизни и влетевшие с первого раза. Такие как я.

Для пущей уверенности перекрестила незаметно пальцы и мысленно переплюнула через левое плечо. Залезть бы к Мэлу в голову и узнать, о чем он думает, а то неизвестность вселяет неуверенность.