На удивление рыжий не возражал, что его записали в няньки. Я же после слов Харна впервые задумалась о том, куда же попала? Но с меня на сегодня хватило унижений. Поэтому я постаралась придать своему лицу невозмутимое выражение и задрала подбородок. Кайл одобрительно хмыкнул, и мы пошли. Не спеша, но целеустремленно. У моих же попутчиков было такое выражение лиц, что встречные уступали нам дорогу, провожая любопытными взглядами.
До кабинета ректора мы добрались без приключений. В приемной за столом сидела женщина в летах, со строгой прической волосок к волоску, королевской осанкой и внимательным взглядом серых глаз.
– Адепты, ректора нет. И я бы сказала, что у него в данный момент встреча с вами.
– Мы закончили. Он попросил подождать его в кабинете, – ответил Харн.
– Дождитесь его здесь, – указала она на стулья.
– Мой подопечный только что перенес спонтанный выброс силы, и я бы не желал, чтобы его видели в таком состоянии, – с нажимом произнес принц, сверля ее взглядом.
– Так это он и есть? – широко улыбнулась она, изучая меня взглядом. Харн чуть нахмурился, пытаясь понять причину ее веселья. Мне она, кстати, тоже была непонятна.
– Что ж, – легко поднялась с места секретарь и, открыв перед нами двери, сделала приглашающий жест: – Прошу.
Когда я проходила мимо нее, она заметила мою бледность и участливо спросила:
– Может, воды?
Я благодарно кивнула. Это было как нельзя кстати.
Мы сели в кресла для посетителей, а через минуту секретарь ректора принесла мне высокий стакан с водой. Я с благодарностью приняла его и жадно выпила. Окинув меня любопытным взглядом, она вышла, оставив нас одних. Я с интересом осмотрелась.
Массивный стол, покрытый зеленым сукном.
– Лоран! – настойчиво позвал меня Харн. Кажется, он уже какое-то время пытался меня дозваться. – Ты в порядке? – спросил он, как только я на него посмотрела.
В порядке ли? Слабость вроде отступила, но меня еще немного штормило.
– Скажи, гаярда себя не проявила?
Я отрицательно покачала головой. Как будто услышав, что говорят о ней, змейка сползла на запястье и обернулась браслетом. Я погладила Гаю, и прикосновение к ее теплому тельцу добавило мне уверенности. Какая же она умница! Поняла мои слова о том, что себя ни в коем случае нельзя показывать, и вела себя идеально.
Харн облегченно выдохнул.
– Что там было? – спросил он.
Я открыла блокнот и замерла, не зная, что написать.









