8
0Ей и в самом деле было интересно, почему быть похищенной в какой-то другой день, может, и умно, а именно в этот глупо.
– Потому что моя сестра собралась сбежать со своим лейтенантом, – вздохнула Мелоди. – Я как раз хотела поехать ее от этого отговорить. А тут… Дедушка, ты что, подсыпал мне снотворного в шоколад?
Сэр Леонард вздохнул и отвернулся.
– Как же вы отсюда выбрались, барышня? – тихо спросил дворецкий."
"– Шпилькой замок открыла, – ответила Мелоди. – Я его всегда шпилькой открывала. Он такой бестолковый. Потом утащила шляпку и пальто у миссис Пибоди и сбежала. До Лоумпиана меня почтовым дилижансом подвезли, дурочку Гармони ловить было уже поздно, поэтому я сразу домой бросилась, маму с папой успокоить, а там мне сказали, что они в полиции. А в полицию я опоздала, вы все уже уехали сюда. Тогда мы с мистером Дженкинсом взяли кеб, а то рейсового дилижанса ждать было долго. Мистер Дженкинс меня провожал, чтоб меня еще раз не похитили. Мне не понравилось похищаться.
Мелоди вздохнула.
– Мам, ты не бойся, лейтенант Гринвуд хороший. Он с самого начала собирался у вас попросить руки Гармони, как все нормальные люди, но эта дурочка обчиталась романов и решила, что так будет возвышеннее, – последнее слово Мелоди произнесла с отчетливой иронией. – А он ее любит, вот и уступил на этот раз. Но он правда хороший. Ей повезло, а то лейтенанты, они же всякие бывают.
Отчего-то при этих словах всем на ум тотчас пришел один отставной лейтенант с расквашенной физиономией.
– А ты, дедушка, тоже придумал, – с укоризной добавила Мелли. – Отдать Гармони в эту дурацкую школу, где кругом одни сплошные леди и никакого спасения от них нет.
– Совершенно верно, Мелли, – задумчиво промолвила полковник Кольт. – Если где-то совсем нет мужчин и о них даже говорить запрещено, то именно там только о них и говорят, только о них и думают. А ведь на белом свете и кроме мужчин много всего интересного.
– Точно, – с азартом подтвердила Мелли. – Например, алгебра. И рисование. И стрелковые курсы. И, вообще, пойдем отсюда!
Когда они вышли, снаружи уже совсем стемнело. Мистер Дженкинс, дворецкий сэра Дональда, дожидался возле кеба с каким-то объемистым пакетом в руках.
– Что это, Дженкинс? – удивился сэр Дональд.
– Сэндвичи для мисс Мелоди, – ответил Дженкинс. – Целый день на ногах… голодная…
– Мистер Дженкинс, – с уважением произнесла леди Эвелин. – Спасибо!
Сэр Леонард Бринкер уныло молчал. Впервые в жизни ему было нечего сказать.
Ника Батхен
Дело о механической птице
Человек рассказывает о птице. Птица это я.
А. ГринУ какао особая сладость. Запах кофе с утра побуждает к резким движениям, неосмысленной суете. Чай коварен, мягким молотом он бьет в сердце, пробуждает застывшую мысль и далекие воспоминания.
