Шпилькой по хамству

Обещаю, буду отвечать на все твои смс, — успокоила подругу.

С кухни доносились тихие ругательства и роптания на род женский.

— Я все слышу, — выкрикнула Лёля.

— Я на это и надеялся.

— Ну все, хватит! — громко сказала. — Ване с Мишей привет. И спасибо, что беспокоишься обо мне.

Проводив подругу вернулась на кухню. Смирнов сидел на том же месте и злобно пыхтел. Не то от боли, не то от обиды, что в маньяки записали.

— Дай посмотрю.

Осторожно убрала заморозку от лица, все было не так страшно, как представляла. Легким движением прикоснулась к переносице, Ярослав яростно зашипел от боли и выругался.

— Не смешно, — ткнув пальцем в плечо обидчика, выхватила пакет с овощами и приложила к своей щеке. — Он все равно тебе не нужен!

— Не жадничай, хочешь, чтоб у меня синяк на пол лица был?

Пряча руку со вторым пакетом слегка подтаявших овощей за спину, отступала мелкими шагами:

— Не преувеличивай, если и будет, то небольшой синячок. И всем известно, что шрамы украшают мужчину, а вот женщину… — демонстративно приложила и второй пакет.

По правде говоря, лицо уже жгло от холода, но упрямство и обида на глупую шутку притупили боль."

"Заметив мое отступление Смирнов встал, резким движением перехватил мою левую руку с заморской и приложил к своему носу:

— После первой встречи с тобой я ходил с огромной шишкой на затылке, — гнусавил сквозь пакет.

— Ооо, так это не я, а та женщина, к ней все претензии, — почувствовав бедрами, что уперлась в кухонный гарнитур.

Отступление провалено… надо было пятиться в сторону коридора.

Кажется, история повторяется…

Смирнов опять прижал меня своим телом, отрезая пути отступления. Свободной рукой поглаживал спину, проводя пальцами вдоль позвоночника, вызывая волну мурашек, жадно изучая мою реакцию. Я одновременно чувствовала холод от бортика раковины и жар тела Ярослава, неестественный жар.

— У тебя судороги на фоне высокой температуры, — указывая на руку гуляющую по моей спине, — пора выпить жаропонижающее и умыться не мешало бы.

Ярослав выпустив меня из рук, взял ковшик из нержавейки и старался рассмотреть себя в дне.

— Не хочу ни на что намекать, но, кажется, температура сильно отразилась на твоих умственных способностях, — заливалась смехом. — В ванной есть зеркало- не чета ковшику.

Смирнов обиженно поставил ковш на стол и поплелся в ванную, бросив на меня душераздирающий взгляд, от чего смех разбирал с новой силой.

Осмелела- то как: шучу, подначиваю. Всего лишь надо было увидеть человека в домашней обстановке.

Остаток дня провели курсируя между кухней и лежбищами.