Сердце Хищника

Шансов мало, но они есть. – Он судорожно вздохнул. – Пожалуйста, Уинтер. Помоги мне отсюда выбраться.

Несколько секунд она молчала, и Саймон выдохнул. Но не успел он снова заговорить, Уинтер резко обернулась.

– Ладно, но ты будешь меня слушаться. Без возражений, понял?

Он с облегчением кивнул.

– Поступим так, как ты скажешь.

– Крысы снаружи – просто солдаты, они делают, что им сказано, и не знают, где твоя мама, – сказала Уинтер, и в её зелёных глазах вспыхнул огонёк. – Но есть тот, кто знает.

– Кто? – спросил Саймон, стискивая лямки рюкзака.

– Крысиный король. – Видимо, непонимание отразилось на его лице, потому что она закатила глаза и добавила: – Не настоящий король, как Орион и остальные правители. Просто так говорят, когда… – она покачала головой. – Так, ладно. Он неудачник и отвратительно пахнет, но знает всё, что происходит в городе. Если твоя мама не покинула Манхэттен, он скажет, где она.

Ради мамы Саймон готов потерпеть вонь.

– Где он?

– Под Крысиной скалой в Центральном парке. Ему сложновато перемещаться, так что далеко он не отходит. – Уинтер оценивающе взглянула на Саймона. – Быстро бегаешь?

– Ну да. А что?

– Сейчас я пну охранника, а ты побежишь к выходу.

– Чего? – переспросил Саймон, но она уже была на полпути к столу. – Уинтер… Уинтер!

– У тебя одна попытка, Саймон, – сказала она, и не успел он возразить, как она сделала именно то, о чём и предупреждала: пнула ничего не подозревающего охранника. Сильно пнула.

По фойе разнёсся его болезненный возглас, и Саймон кинулся вперёд. Он сможет.

Подбежав к стеклянной двери, он врезался в неё всем своим весом. Он был готов к боли, но дверь распахнулась, и Саймон вывалился на тротуар.

– Эй! – крикнул швейцар, но Саймон был уже на ногах. Крысы практически заполонили улицу, но ничего не замечающие прохожие ходили между дерущимися группками, и Саймон запрыгал от одного островка к другому несколько раз, едва не отдавив чьи-то хвосты.

Он оказался на середине улицы, когда одна из крыс запищала: «Саймон Торн!» Его имя будто запустило молниеносную реакцию, и не успел он оглянуться, как крысы двинулись на него. Прохожие брезгливо зафыркали, а туристка неподалёку закричала, но крысы не обратили на них внимания.

Сердце Саймона затрепетало. Крысы подступали отовсюду – даже с дороги, – и их становилось всё больше. Птицы с криками обнажили когти, впиваясь в крысиный мех, но за считаные мгновения они остались в меньшинстве.

– Саймон! – послышался ещё один голос. Уинтер. Она пробиралась сквозь крысиное море, отбрасывая их в стороны. – Фу, фу, фу! Какая гадость!

– Возвращайся! – крикнул он, пошатнувшись; острые крысиные коготки, цепляющиеся за джинсы, царапали кожу.