6
0
Когда деревья разбежались в стороны как вспуганные куры, впереди на просторе зеленели хлебные поля, а дальше виднелся город, обнесенный высоким частоколом и даже рвом. Правда, дорога к воротам не через мост, но все же так защищаться легче...
Он снова вспомнил о войне, мир померк, и только сейчас кровь участила бег, дыхание стало хриплым, а тело ощутило усталость.
На воротах стражи лишь скользнули по нему недружелюбно завистливыми взглядами: ишь какой рослый и широкий, где такие только и водятся, сотню-другую князю в дружину, и соседи бы присмирели...
Олег, стараясь держаться незаметнее, пробирался к центру. Если есть в городе колдун, то обязательно там. Либо при местном властителе, как думают все, а на самом деле правит именно он, либо вовсе не вмешиваясь в мелкие делишки не посвященного в высшие тайны люда.
Куры, что как раз переходили дорогу, внезапно с дикими криками бросились обратно. От их машущих крыльев взвилась тонкая придорожная пыль, воздух стал желтым. На Олега начали оглядываться совсем зло, кто-то пробормотал ругательство.
«От Мрака разбегались собаки, — подумал Олег несчастливо, — потому что видели в нем огромного волка, а от меня разве что куры...»
Вдруг в спину несильно клюнуло. Он оглянулся, непроизвольно дернул головой, и камень или комок сухой земли пролетел мимо. Мальчишка тут же скрылся за высоким забором, но краем глаза Олег видел, как еще двое воровато выглянули в сторонке из-за плетня, в руках камни. Детский срывающийся голосок выкрикнул:
— Рыжий, рыжий!
— Злой колдун! — поддержал другой.
Олег поспешно двинулся посреди улицы, не драться же с детьми. Он не тот древний пророк, что за подобные детские крики наслал на шалунов медведей, и звери разорвали сорок детишек..."
"Ободренные, незнакомец почти бежит, дети погнались с победными криками. Олег втянул голову в плечи. Камни и комья твердой земли били в спину, попадали по голове. Из окон и из дверей выглядывали взрослые, что за крики, с любопытством и недоброжелательностью смотрели на чужака.
Внезапно кто-то крикнул сердито, град ударов прекратился. Навстречу Олегу шел молодой мужик, очень худой, одет бедно, но с веселым лицом.
— Брысь! — крикнул он снова, стараясь сделать голос грозным. — Вы знаете меня, Горнила Закопченного! Если рассержусь, то рассержусь!.. Я беру этого человека под защиту!
Олег с изумлением оглянулся. Его мучителей как ветром сдуло, только вдали по улице слышался стук убегающих ног, а за плетнями вовсе затихло.
— Благодарствую, — сказал он с облегчением. — Я вижу, тебя здесь боятся. Кто ты?
— Да не боятся, — засмеялся человек, назвавшийся Горнилом Закопченным. — Просто я единственный кузнец в этой части города. Их родителям я кую подковы...
