6
0
— Как?
Она наморщила лоб:
— Если сумеете доставить мне Жемчужину, то это само скажет за тебя, герой. Тебе не придется бить себя в грудь кулаком и рассказывать о своей силе.
Колоксай откинулся на спинку кресла, выпрямился, а ладони опустил на поручни, готовый вскочить с той легкостью, словно не он съел полбарана:
— Если я добуду, примешь ли ты участие в объединении мира?
Она выпрямилась, лицо ее было чистым:
— Ну посмотри на меня! Разве я могу обмануть?
Колоксай смотрел, смотрел и Олег, и хотя оба знали, что все женщины слеплены из вранья и обмана, но с другой стороны... если не верить, то что они смогут одни?
* ЧАСТЬ ВТОРАЯ *
Глава 21
В лицо упруго давил встречный ветер, мир двигался навстречу быстро, только огромная синяя чаша неба оставалась неподвижной. Колоксай держался на огромном жеребце, как закрепленная поверх седла каменная глыба, неподвижный и молчаливый, он страшился спугнуть размышления волхва.
Конь Олега несся в сторону леса, чуя прохладу. Всадник словно забыл о нем, и конь шел ровным галопом, страшась тряхнуть хоть чуть сильнее, чтобы его, опомнившись, не повернули в другую сторону.
— Куда мы едем?
Олег оглянулся непонимающе, рыжие брови взлетели, словно только сейчас обнаружил рядом всадника.
— Едем?
— Да, — повторил Колоксай терпеливо, — едем. На двух лошадках. Вот они под нами копытцами, копытцами... И задними, и передними.
Олег опустил взор на гриву своего коня, в зеленых глазах мелькнуло удивление:
— В самом деле едем.
— А куда? — повторил Колоксай с бесконечным терпением. — Куда мы едем?
Олег подумал, подвигал кожей на лбу, губы его шелохнулись:
— Похоже, куда глаза глядят.
— Здорово, — восхитился Колоксай со злым сарказмом. — Я-то думал, что куда глаза глядят идут и едут совсем другие люди! Их посылают, вот и... Ну, не обязательно мудрецы. Правда, я слышал, что мудрость и... то, что совсем не мудрость, где-то сходятся. Ну, тогда что будем делать? Какие подвиги свершать или не свершать по дороге к этой... Первой Жемчужине?
Олег некоторое время ехал молча, понурый и погрустневший. Лицо осунулось, стало старше. Колоксай внезапно подумал, что волхв вернулся в их мир из другого, где у него все получалось, где он был сильным и красивым, скакал на белом коне, где кричали ему славу.
— Не знаю, — ответил Олег подавленно. — Ничего не знаю... Когда мы вышли из Леса, было все просто: дают — бери, а бьют — беги...
Колоксай нахмурился:
— Беги?
— Ну да. На того, кто бьет. А едва его... Ну, чтобы больше не замахивался, как кто-то еще выпрыгивает! Размажешь по стенам... или разбрызгаешь по пескам, если на знойном юге, как тут же еще гавкнут под руку... Сейчас же, когда ни друзей, ни врагов...
