5
0
Любые внешние операции, будь то мародерка или выезды с новичками, усложнял сильнейший дефицит топлива. Да и электричеством теперь «баловались» очень редко. Не хватало многих вещей, но снова выручал аукцион. Это было еще одной причиной, почему так требовались игроки. Хороший заработок искр мог сделать поселение полностью независимым от каких-то внешних поставок.
Из рассказов Лиги стало понятно, что целостность Москвы сохранить не удалось. Сейчас люди сконцентрировались в нескольких стратегических точках, существуя небольшими группками. Они контактировали друг с другом, но власть вроде как уже разнилась.
Метро убежищем, к сожалению, тоже не стало. Оттуда человека выгнали в первые же дни вторжения. Сейчас подземные коммуникации обрели свою агрессивную фауну, да такую, что сунется туда только самоубийца.
Помогало отсутствие единства среди вторженцев, а потому о массированной атаке на человеческие анклавы речи не шло. Но тут же возникала и другая проблема. Подчас большой массы противников и не требовалось. Достаточно одного сверхсильного существа, чтобы у целого населенного пункта не осталось шансов пережить его приход.
По поводу этого среди «местных аналитиков» ходили разные теории. Суперхищники непременно должны охотиться друг на друга, ведь прирост в силе особенно хорош именно от убийства мощного врага. Люди в этом смысле особого интереса не представляют, «используясь» как продукт питания, не больше.
Идеальным вариантом будет, если сильные твари перебьют друг друга, а человечество тем временем освоит новую силу и вновь займет высшее звено в пищевой цепи.
Но все это было лишь досужими разговорами. По факту сейчас люди сидели тише воды, ниже травы, стараясь собирать силу по крохам и не попадаться на глаза кому-то серьезному."
"Помимо Москвы, в округе люди кучковались небольшими анклавами. Друг с другом те держались настороженно, но пока особых конфликтов не возникало. Жизнеспособное поселение означало, что его основу составляет сильная группа игроков. Учитывая широкое разнообразие атрибутов, смертельный сюрприз могли устроить и более сильным вторженцам.
А вот в безлюдных местах, на мародерке, шёл уже совсем другой разговор. Схватки между людьми и «ПВП» со смертельным исходом за добычу случались. Но и без особого энтузиазма. В конце концов Система не давала за убийство сородичей опыт и лут. Наградой служили только вещи неудачников.
Образ жизни человечества продолжал непрерывно меняться.
