3
0Стакан падает на пол, хорошо, что я налила не полный… ковровое покрытие номера темнее, впитывая влагу.
— Надя…
— Пустите.
— Что случилось?
— Ничего. Я просто устала.
— Устала, почему?
— Вы меня заставили бежать всю дорогу, думаете, легко с коляской?
— Ты не поэтому злишься.
— Я не злюсь.
— Я не люблю Зою.
Эти его слова словно пробудили спящий вулкан. По телу прокатилась огненная волна эмоции, которой я не знаю название. Не знаю, что со мной, и почему. Все внутри клокочет, и злость, и обида, и… радость, и сильный стыд. Понимаю, что краснею как дурочка. И не знаю, что делать.
— Пустите…
— Надя!
— Пусти, Ильяс! — Дергаю руку, пытаясь вырваться, раз, два… Наконец, мне это удается. Я делаю шаг назад, одновременно с моим движением, двигается и Ильяс.
Я как в замедленной съемке вижу, что он хватается руками за поручни коляски и пытается встать, чтобы идти за мной.
Глава 21.
Его ступни оказываются на полу, и почти сразу он падает как подкошенный, успевая только выкрикнуть любимое слово:
— Чёрт…
— Илик!
Я в шоке бросаюсь к нему, смотрю на перекошенное от боли лицо. Господи, неужели это я виновата? Зачем я его спровоцировала? Ведь он ничего такого не сказал. Какая же я дурочка! Я же просто… просто приревновала его к этой Зое! Приревновала и повела себя как идиотка. И мне дико стыдно.
— Надя…
— Прости меня, я… Я сейчас тебе помогу!
— Ты меня не поднимешь.
— Я попробую, или… Самада позову.
— Не надо Самада, иди сюда…
Я сижу на коленях рядом с ним, чуть не плача, протягиваю руку, беру его за плечо, прикидывая как бы помочь ему подняться, пододвинуть его к кровати хотя бы. В общем, у него сильные руки и он сам может подтянуть себя и… Неожиданно Ильяс перехватывает мою руку, и я оказываюсь лежащей прямо на нем.
— Ильяс…
— Воробушек, тише… просто, помолчи.
Его рука оказывается на моем затылке, а потом он закрывает мне рот самым простым и действенным способом.
Его губы мягкие и… терпеливые, что ли. Настолько нежные, ласковые, сладкие. Я понимаю, что начинаю непроизвольно постанывать, так мне хорошо.
Он отрывается от меня через несколько минут, мы переводим дыхание и… И я сама прижимаюсь к нему, чтобы повторить. И целую еще, и еще… и еще.
Не думаю ни о чем. Просто кайфую. Наслаждаюсь.
Никогда в жизни со мной такого не было. Чтобы я не думала, а наслаждалась. Только с ним. Только…
Илик поворачивается, подминая меня под себя, и я чувствую его руки на теле, он гладит меня по плечам, спускается ниже. Я дрожу… дрожу от страха, что он остановится!
— Не бойся, пожалуйста! Я… я не сделаю ничего плохого, Воробушек, я…
Я почти не понимаю, что он говорит. Я так по-хорошему шокирована происходящим! Для меня все это — из разряда фантастики. Невероятно. Просто… немыслимо!
Ильяс и я.
