Мы не твои

Потом вдруг неожиданно он начинал срывать на мне свою боль. Я не говорю зло. Он не злился. Он именно был болен. Болен душой.

А потом в моей жизни случился Остров любви. Кипр.

И нереальные, непостижимые чувства. Когда ты врастаешь в другого человека, когда вы становитесь одним.

Кто-то, познав подобное понимает, что без этого не сможет дальше жить. Кто-то, наоборот, будет благодарить всевышнего и мироздание за то, что ему был дан шанс испытать это неземное блаженство. Я, наверное, из тех, кто благодарит.

А Ильяс… Уверена ли я, что он испытывал те же чувства? Тогда мне казалось — да.

После нашего последнего разговора… не уверена.

Не знаю. Понять не могу.

Зря Тамерлан все-таки был против того, чтобы к Ильясу ходил психолог.

Какая-то глупая уверенность сильного мужчины — горца, как они сами себя иногда называли — в том, что мужчина сам должен разобраться со своими проблемами, в том числе и душевными. Разобраться в себе.

Ну, вот Илик так и разобрался. Решив, что я в его жизни буду лишней и мой малыш тоже.

Наверное, он прав. И я сама всегда это знала. Как только он прозреет, как только увидит меня — моя сказка закончится.

Увы, все случилось еще раньше. Ильяс не прозрел, но понял, что мы с ним с разных планет, даже из разных вселенных.

Я почувствовала перемены в нем тогда, когда появились его друзья, когда предложили какой-то странный, мудреный, но интересный проект. И эта Алиса все время крутилась рядом. Однажды я даже застукала их вместе.

Ильяс убедил меня, что ничего не было, что все это фантазии Алисы, которая почему-то решила, что богатый парень, хоть и слепой инвалид — отличная партия.

Я ему поверила. Я вообще всегда и во всем ему верила.

И даже когда он сказал, что не хочет меня видеть и я ему не нужна тоже поверила сразу.

Не знаю, как так быстро все поменялось в нем.

Даже несмотря на то, что иллюзий я не питала, все-таки у меня оставалась надежда на то, что мы сможем быть вместе.

Я видела, что его брат, Тамерлан, относится ко мне хорошо.

И его мама тоже, даже несмотря на то, что мы с Ильясом… Его мама была очень религиозной, я понимала, что не может она положительно относиться к тому, что мы…Мы были близки. Я оставалась в его комнате на ночь, в последнее время даже не скрываясь."

"У нас с Замирой Равильевной даже был разговор о будущем. О свадьбе. Она говорила, что обязательно нужно будет поехать в их родные места, в горы, что там много родни и им нужен праздник, раз со свадьбой Тамерлана ничего не вышло…

В последние дни я стала замечать, что с Ильясом что-то произошло, словно подменили его. Он стал замкнут и несколько ночей подряд просил меня не приходить, объяснял тем, что у него обострились боли в спине и ему нужно побыть одному.