17
0
Ну да, все правильно! Немецкая фирма «Крупп», название написано и на сейфе, и на ключе! Только не лезет, зараза!..
– Варь, фонарик есть?
– Какой фонарик?
– Такой! Светить. Есть?
Она растерянно пожала плечами и оглянулась, как бы в поисках фонарика.
– Да нет у нас, откуда?
– Тогда я в машину схожу, принесу.
– Зачем?!
– Посветить, – объяснил Вадим резонно. – Вдруг там чего застряло. А мы не видим.
– Где застряло?
– В замке, где, где!..
– Да ну тебя, Вадим, – сказала Варя с умеренной досадой, – что там могло застрять?! К этому сейфу не подходил никто, кроме Владимира Андреевича! Ну и я изредка, когда он просил убрать или достать что-нибудь! И ключ он всегда у себя держал.
– А это тот ключ-то?
Варя уставилась на ключ."
"– Ну… тот, конечно! Да он у нас один. Разлогов все боялся его потерять. Говорил, если потеряю, придется сейф взрывать, его ни один медвежатник не откроет.
– Чего это он так плохо про медвежатников-то… – пробормотал Вадим задумчиво, рассматривая равнодушный и неприступный сейф.
Варя взяла у него ключ и снова стала тыкать.
– Да без толку! Он туда вообще не лезет.
– Я вижу, – огрызнулась Варя и взглянула на часы. – Я только не понимаю, что теперь делать!
– Домой ехать, чего еще! Завтра утречком доложишь Волошину, а он уже решит…
– А до утра я бумаги с собой буду носить?
– Секретные, что ль, они?
Варя вдруг в ужасе на него уставилась, как будто ненароком выболтала государственную тайну.
– Я не знаю, – пролепетала она испуганно. – Я… понятия не имею! Мне Волошин велел их в сейф положить…
– Ну утром и положишь! Все равно сейчас он не открывается! Поедем, а, Варь?
Она подумала немного, потом аккуратно прикрыла дверцы шкафа, слегка потеснив Вадима плечом. Он подвинулся.
Варя взяла с края разлоговского стола растрепанную кипу бумаг, сунула ключик в карман пиджака и пошла к двери. Вадим еще постоял и не спеша двинул за ней.
– Марк Анатольевич? Извините, что так поздно!
Вот дура, а?! Все-таки она ему звонит! Ведь ясно, чем дело кончится, – Волошин сейчас скажет, что бумаги сверхважные и просто так их бросить никак нельзя. Посадит ее бумаги стеречь. Сам приедет в два часа ночи из какого-нибудь клубешника или от крали, из теплой кралиной постельки. Заберет бумаги, пожмет секретарше руку и отбудет. А после окажется, что секретные бумаги – контракт на производство резиновых калош!..
Вадим вышел в приемную. Варя говорила в мобильный телефон, сильно наклонившись к столу – как поклон отвешивала тому, с кем говорила!..
– …не смогла открыть! Такое впечатление, что ключ не подходит. Нет, я несколько раз попробовала! Марк Анатольевич, что мне делать с бумагами?..
Ну теперь точно пиши пропало! Зря он, Вадим, столько времени убил, дожидаясь! Лучше б уехал давно.
