Счастливый торт Шарлотты (СИ)

— Я глубоко вам сочувствую, сэр Лливелин, — сказала я искренне. Богатейший вельможа, бывший в боях и сражениях, обладал нежной душой. Это не могло не трогать.

— Благодарю вас, госпожа Шарлотта.

Некоторое время мы шли молча.

— Мне как можно скорее хотелось бы узнать кто вы, госпожа, — помолчав, произнёс он. — Я уже сделал попытку навести справки, послав гонцов в крупные поместья, но к сожалению, они могут не принести результатов.

Я молчала. Он не просто так завёл этот разговор.

— Вы думали о том, что будете делать, если ваши родные не найдут вас, если мне не удастся их отыскать?

Господи боже мой, конечно, я старалась об этом не думать.

Во-первых, я совершенно не хотела никаких родных, которых я знать не знаю, а во-вторых жених этот, который должен был выкупить меня у разбойников — вот чего мне было от него ждать? Вдруг он окажется не средневековым благородным рыцарем, как Лливелин, а жестоким и бессердечным человеком, которому я буду принадлежать?

— Нет, господин Лливелин, я об этом не думала, — тихо ответила я. Неужели он решил от меня избавиться?.

.

Розы пахли просто одуряюще, я чувствовала, как у меня кружится голова. То ли от волнения, то ли от их густого аромата.

— Знаете, госпожа Шарлотта, вы всего лишь второй день в моём доме, я всего лишь считанные часы знаю вас, но моё сердце и мой жизненный опыт подсказывает мне, что вы сможете стать душой любого дома.

Лично моё сердце тихонько заскулило от неловкости и страха. Нет, не надо этих разговоров, пожалуйста, это слишком для меня!

— Как вы уже знаете, на днях приедет мой сын, Мэбон.

— Да, сэр Лливелин, я очень рада, что вы повидаетесь с сыном, да еще и на таком счастливом событии — свадьбе Гвендолин.

Лливелин нахмурился.

— Всё не так просто и радужно, госпожа. — и снова замолчал.

Я ждала, когда он продолжит.

— Мне не нравится образ жизни Мэбона. Отдавая его в королевскую службу, я думал это пойдёт ему на пользу, а оказалось всё ровно наоборот. Теперь мне хотелось бы вернуть его обратно домой, пусть бы лучше понемногу перенимал у меня дела.

Кажется, я начинала понимать, к чему Лливелин ведёт.

Этого еще не хватало!

— Почему вы хотите, чтобы партию вашему сыну составила неизвестная без роду и племени девица? — прямо спросила я.

— А вы достаточно смелы, — оценил он мою реплику и тон, — когда перестаёте трястись от страха сделать что-нибудь не так. В то же время вы мягкая, уютная и воспитанная. — Он остановился и медленно осмотрел меня с головы до ног. — Вы можете очаровать любого, если захотите.

Лливелин посмотрел мне прямо в глаза, а меня бил внутренний озноб от негодования.