Счастливый торт Шарлотты (СИ)

Нет-нет, надо это сделать обязательно, в конце концов благодаря ему я скоро выйду замуж за самого лучшего мужчину на свете. То, что поначалу казалось насилием и дикостью, обернулось теперь предвкушением счастья.

— Неужели тебе не грустно уезжать? Мне хочется накормить тебя лимонным вареньем без сахара! — не выдержала я.

Мы сидели завтракали, я уныло ковырялась ложечкой в десерте, а Чарльз сидел, напротив меня, улыбаясь.

— Ты сейчас очень забавная, — ответил он, — как всё-таки удивительно ты изменилась, я словно заново тебя узнаю.

— Да-да, — поспешно ответила я, — как ты думаешь, стоит позвать Сайориса на свадьбу?

Чарльз недоуменно откинулся на спинку скамьи, потом до него дошло.

— Прости меня, — тихо сказал он, — я сказал, не подумав, что для того, чтобы ты стала такой, как сейчас, тебе пришлось пережить настоящий кошмар. Прости.

— Да уж, — пробурчала я, — приятного было мало. Разве вот только то, что это привело меня к Гвендолин, а затем и позволило найти дело, которым я горжусь. Кстати, как ты думаешь, можно ли будет приподнести от нас королю шикарный торт?

Чарльз задумался ненадолго.

— Вполне. Он знает, что я один из гарантов его безопасности и уверен в моей преданности.

— В каком смысле, о чем это ты?

— Нуууу, — протянул он, — ты своими тортиками кого угодно можешь с рук кормить, смотри, сведешь с ума еще и короля.

Если бы я тогда могла знать, что нас ожидает, я бы кинула бы солонку через плечо, целиком и посоветовала моему драгоценному не каркать. Впрочем, я плохо разбиралась в приметах и все равно бы ничего не сделала.

Сейчас я просто посмеялась вместе с ним и, вздохнув, стала заканчивать завтрак, после которого Чарльз сразу собирался отправиться в путь.

Мы прошли в розовый сад. Возле экипажа Чарльза сновали слуги, пакуя его багаж. У нас оставалось всего несколько минут. Внезапно, решившись, я утянула его за цветочную арку, чтобы оказаться вне поля видимости и слышимости. Как у меня только смелости хватило — ведь у меня и личной жизни раньше считай не было, кроме той фальшивой с Михаилом. Но и тогда я не были инициатором. Вот что я сейчас скажу Чарльзу? Что означает мой порыв?

Впрочем, говорить ничего не пришлось — герцог прекрасно меня понял.

Очнулась я после того, как Чарльз медленно-медленно оторвался от меня, при этом крепко держа меня в объятиях.

— Не думал, что будет так трудно оставить тебя даже на две недели, — признался он.

Лично у меня подрагивали колени, и я отступила на шаг, чтобы облокотиться на что-нибудь, потому что рисковала рухнуть, когда он меня отпустит.