7
0
— Это может оказаться просто тоской по любимому, подменой, самообманом. Я хочу разобраться. Я прошу тебя. Дай мне время…
Я рассмеялся. Опять пришлось катать снежный шар, чтобы приложить его к губе.
— Время? Сколько? Что я буду делать со своим временем? Сидеть, как попрошайка, ожидая, пока ты копаешься в себе?
— Пожалуйста…
— Хочу, чтобы ты была моей! — резко перебил я её. — Заебался бегать вокруг тебя, боясь подышать в твою сторону слишком шумно или резко. Давай не сходя с этого места решим?
Я отчаянно и безумно надеялся на положительный ответ. Несмотря ни на что.
— Да или нет? — с напором спросил я.
— Не сейчас, Володя! — побледнев, ответила Янина. — Неужели ты меня не слышишь?
— Какая же ты коварная и жестокая дрянь! — в сердцах выплюнул я. — Хочешь на двух стульях усидеть? Спокойно, в стороне, но чтобы пёс ручной был готов кинуться к тебе по первому зову? А я не пёс, ясно? Я мужчина. Если не сейчас, то значит, никогда.
Янина прикусила губу, часто моргая. Её глаза казались озёрами в половодье. Слёзы текли без перерыва. Больше всего на свете мне хотелось осушить её слёзы, но она делает один и тот же выбор снова и снова: прочь от меня.
«С этим нужно научиться жить…» — внезапно понял я.
Так некоторые люди живут с болезненной опухолью на протяжении всей своей жизни и умирают от несчастного случая.
Чувство, выгрызающее меня изнутри, никуда не денется. Но надо смириться с ним и понять, что эта дорога не приведёт никуда.
— Нет значит нет. Я тебя услышал. Желаю счастливо прижиться на новом месте, — я заставил себя улыбнуться. — И не думать обо мне тоже желаю. Ты всё равно остаёшься частью моей семьи, моим родным и близким человеком, несмотря ни на что. Если у тебя что-то случится, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Но лучше, чтобы этого не произошло. Потому что я не уверен, что не запрошу за помощь слишком высокую цену. Для тебя.
Я заставил себя сделать несколько шагов прочь от Янины, застывшей, как фигурка в ледовом городке. Такая же хрупкая и холодная.
— Мои часы остались у тебя? — внезапно спросил я, развернувшись.
Янина молча кивнула.
— Продай их. Они дорого стоят. Не смей хранить моё время, потраченное впустую.
Я ушёл.
Потом наступило молчание.
Мне казалось, тишина никогда не закончится.
Но Янина, моя персональная мучительница, снова вклинилась в мою жизнь поздней осенью.
Хватило одного сообщения, чтобы мне захотелось вырвать память о ней из себя с корнем.
Одно короткое сообщение. Минимум слов, гораздо больше цифр.
«53 см, 3270 граммов»
Глава 51. Янина
Конец сентября
«53 см, 3270 граммов»
Это было первое сообщение, отправленное мной Владимиру. Первые слова, обращённые к нему почти за целый год молчания.
Последний раз мы разговаривали в конце января.
Владимир уехал тогда.
