Сеул, согнав со стула Пулио, присел перед нурийцем, вежливо уточнил:
– Ты повторишь сейчас то, что рассказывал нам? Чтобы это слышал префект?
Нуриец, нехорошо покосившись на Эддихота, кивнул:
– Да. Мне нечего скрывать.
– Вот и хорошо. Как тебя зовут?
– Я уже говорил тебе это – неужели ты забыл?
– Пусть это узнает и господин префект, – терпеливо пояснил Сеул.
– Да. Пусть знает. Я – Одон, мое второе имя Ткра, а родовое Ртчи. Наш род – один из родов, держащих воду. Я тебе ответил.
– Хорошо, Одон. Расскажи мне еще раз: как у тебя украли невесту?"
"– У меня ее не крали! – вскинулся нуриец.
– Ригидис не доехала до моего дома – там я бы ее никому не позволил забрать! Мне говорят, что она сбежала сама, что она не хотела ко мне ехать. Те, кто это говорил, лживые свиньи с гнилыми языками! Там, возле приюта, перед его воротами, – там дом моего друга Ховата. Я был у друга и увидел ее через стену, в саду. Я заговорил с ней, и она мне ответила. Так бывает между мужчиной и женщиной – один взгляд или одно слово связывает их крепче толстой веревки. Я – нуриец, а она не наша. Но держащие воду далеки от гор – наш закон позволяет мне брать жену не из наших.
Я свободен – я вдовец. Меня женили еще ребенком, но моя жена умерла, так и не попав в мой дом. Обычай требует держать траур четыре года. Это хорошо – эти годы сделали меня взрослым, и судьба на исходе четвертого года подарила мне встречу с Ригидис. Отец выслушал меня и потом сказал «да». И никто не сказал «нет». Мы пошли в приют, но жалкие твари у входа нас даже не захотели туда пускать – мы ведь нурийцы. Я попросил Ховата. И Ховат помог. А еще мы заплатили деньги баронессе, живущей в городе. Мы не нищие – мы заплатили много. Эти деньги платят те, кто ищет себе жену.
Без денег это трудно, а нурийцу невозможно. Нам дали встречу в беседке, в саду приюта. Там я прикоснулся к руке Ригидис. Там она и сказала «да». Была назначена свадьба. Я послал своих друзей и братьев за невестой, как это принято у нас: ее как бы должны были украсть. Это как игра – кражи на самом деле нет, ведь невеста и ее родня согласны. Так принято даже у речных родов. Но так не принято у вас – Ригидис им не отдали. Моим друзьям в приюте сказали, что они сами привезут Ригидис прямо на свадьбу. Про нас, нурийцев, говорят много плохого, но чужие обычаи мы уважаем.
Я ждал ее, но никто ее не привез. Я послал брата узнать, когда же они приедут, но брат вернулся с вестью, что она пропала. Вот: так все было.
– Одон, расскажи, что было дальше: префекту очень интересно.
– Ему интересно?! Я много раз все рассказывал здесь, в этом каменном доме. Здесь мои слова записывали в бумаги, только если перед этим я давал деньги! Без этого ничего не писали! И зачем я им платил?! Слова, записанные в ваши бумаги, не возвращали мне Ригидис. Я был как безумный.
7
0
