Сборник циклов

Боцман, вглядываясь за борт, не оборачиваясь к подошедшему Тиму, странным тоном приказал:

– Лезь на мачту. У тебя глаза хорошие – может, что-то и разглядишь.

– Да что я там разгляжу, – буркнул Тим. – Будто в молоко попали.

– Но-но! Ты еще тут поспорь, якорь в зад! Бегом давай! Мало ли что – может, ветер сейчас дернет, сдует эту пакость – и хоть поймем, куда нас занесло.

– Я долго там не просижу: отморожу все, что только можно, – гнул свое Тим. – У меня даже шапки нет.

– Без шапки ничего, кроме ушей, не отморозишь. А уши тебе ни к чему – ты ими все равно от мух не отмахиваешься.

Тим, понимая, что спорить бесполезно, покорно полез наверх. Боцман, задрав голову, милостиво крикнул вслед:

– Час или два постой, потом, даже если туман не разойдется, сменю.

Ну и на том спасибо. А то с боцмана станется – заставил бы до обеда на грот-мачте раскачиваться. Ох и намерзнется же сейчас Тим! Ничего – пару часов как-нибудь потерпит, а потом у салотопки отогреется. А лучше прямо в ней – под вторым котлом огонь не поддерживают, но тепло до него все равно достает. Обычно этого как раз достаточно, чтобы нагреть тело, но не обжигать кожу.

Залезть в него, посидеть часик, пропарить каждую косточку… ох и блаженство.

Заняв свой пост, Тим первым делом убедился, что сверху видимость ничуть не лучше, чем с палубы. Даже, кажется, похуже. Если туман еще чуть-чуть сгустится, то корабля вообще не будет видно. Жутковато станет – болтаешься на верхушке мачты, торчащей из туманного киселя.

– Боцман! Отсюда видно еще меньше, чем снизу!

– А ты не спи там – старайся! Смотри давай!

Тим, вновь отметив странные нотки в голосе морского волка, вдруг понял, что этот моряк боится. Увидев, как боцман поспешил к каюте капитана, сам забеспокоился.

Вспомнились слова Токса про огрехи навигации. Заблудились? Возможно: в тумане сейчас не определиться, да и последние дня три это не удавалось из-за низкой облачности. Могло их отнести к скалам? Да кто его знает… в навигации Тим не силен… Скал Тим не увидит – это плохо. Но вот услышать их можно – звук волн, разбивающихся о камни, он в этой тишине услышит издалека. Стоп – в какой тишине? Почему так тихо? Волнения нет – вообще нет. Ладно, уж нет ветра, но чтобы полностью затихли волны… Так не бывало еще ни разу за все время плавания. Даже в мертвый штиль океан не бывает абсолютно спокоен – здесь, на вершине грот-мачты, всегда хоть немножко раскачивало, а от самой слабой качки поскрипывали корпус и оснастка. А это еще что такое?

На темной глади моря, проступающей сквозь туман, сгущалось что-то явно инородное. Вытянутое, белесое, будто сгусток пены. Сперва Тиму показалось, что рядом с «Клио» проплывает туша ободранного кита. Может, даже того, которого они добыли. Токе говорил, что ее может носить месяцами, пока не утонет.