Сборник циклов

– Неужели все настолько плохо?

– Нет, плохо было вчера, сегодня у меня уже нет приличных слов, чтобы описать насколько все… гм… нехорошо. Взгляните на карту. Провинция Тарибель крайний север Империи, она треугольным клыком вдается в Северную Нурию. Под имперский протекторат Тарибель попала двести лет назад, после Шериханского договора. По договору хабрийцы оставили захваченную ими северную часть Нурии, но мы, непонятно почему, не отошли из освобожденной части страны, а остались, и дали этой области свой протекторат. Все наши беды с того времени и пошли… И даже то, что сорок лет назад Тарибель потеряла статус протектората, став полноценной провинцией, ничего уже не изменило.

Нам надо было тогда, еще двести лет назад, оставить Нурию нурийцам и наглухо запечатать границу с ними. Пусть бы и дальше были заслоном между нами и Хабрией, варясь в собственном соку. Скажите мне, господин Сеул, что вам известно про нурийцев?

– Воры, – честно признал Сеул. – В Столице их хватает, и я еще ни разу не слышал, чтобы нуриец занимался честными делами. Существенное число убийств из-за них – у них дурная привычка самую пустячную проблему решать с помощью ножа или удавки.

Их немного у нас, но держатся они друг за друга крепко – очень дружный народ. Если нурийца арестовать, надо быстро и под хорошей охраной доставить его в надежную камеру, иначе по дороге запросто отобьют – нурийцы единственные из бандитов, у кого хватит наглости напасть на отряд стражи… Ну и потом уже, когда их человек надежно заперт в подвале управы, бесцеремонно стараются его выкупить. Должен признать, у них это нередко получается…

– Вот! Вы все сами понимаете! А представьте, Сеул, если нурийцев у вас там вдруг станет в сто раз больше.

Каково это будет?

– Неприятно…

– Вот-вот! А мы так и живем.

– То есть даже здесь, на родной земле, нурийцы чураются честной жизни? Я, признаться, почему-то считал, что преступные наклонности присущи лишь беженцам, оторванным от родной земли после войны.

– И да и нет. Нурийцы очень неоднородны – честных трудяг среди них достаточно. Они хорошие пастухи и садоводы. Бандитизм присущ тем кланам, что издавна занимаются скотоводством – земледельцы более спокойны. Пока в жизнь Нурии никто не вмешивался, между ними царило какое-то равновесие.

Но потом… Когда Хабрия захватила Нурию, здесь около двух лет резня шла. Хабрийцы умеют навязывать свои варварские убеждения даже тем, кто категорически не желает их разделять. В первую очередь страдали земледельцы – землю в кармане не унесешь. Пастухам полегче было – в леса и горы прятались. Оттуда, сбившись в шайки, наведывались в долины, вырезая зазевавшихся хабрийцев. Вам знакома фраза «нурийский гость»?

– Да, так называют погибших при пожаре, кого огонь на совесть изуродовал.