2
0
Подпоясав её широким ремнем, я велела Люле собрать волосы в косы и заколоть на макушке, чем вызвала у неё еще один приступ ужаса.
— Волосы? Собрать?!
На этот раз она побледнела.
— Волосы, волосы, — тяжело вздохнув, кивнула я и села перед зеркалом на низкий пуфик.
— Но как же…
— Собрать и под косынку спрятать.
— Косынку? Но у вас нет косынки!
Я с надеждой взглянула на её отражение в зеркале, ловя взгляд.
— А у тебя нету? Хоть какой-нибудь. А то жалко будет волосы испортить сажей. Если с одежды она так тяжело смывается, то что будет с волосами? И стану я брюнеткой.
Люля поджала губы, но кивнула.
— Хорошо.
Через десять минут я, довольно улыбаясь, вновь изучала себя в зеркале.
— Отлично.
Низкие ботинки на шнуровке, широкие темные штаны, свободная фиолетовая туника, длиной до колен с разрезами по бокам и подпоясанная черным ремнем. Волосы аккуратно собраны и убраны за синюю косынку, которая придавала мне более человеческий вид. Или может всё дело в том, что уши она тоже прикрывала.
Люля моих восторгов не разделяла.
— Засмеют.
— Пусть только попробуют, — рассмеялась я.
— Вас раньше волновало.
— Это раньше было. Пожелаешь мне удачи?
— Так она всегда сопровождает высших элвов, — отмахнулась домовушка.
«Жаль мертвой Катриэль это мало помогло».
Я добралась до своих кабинетов довольно быстро и, — какая жалость! — совершенно никого не встретила по пути.
Конечно, еще было очень рано, часы показывали лишь половину девятого, но всё равно обидно. Так хотелось посмотреть на чужую реакцию.
Зато у конечного пункта меня ждала награда.
— Доброе утро! — громко поздоровалась я с зеленоглазым ректором, который мрачно изучал двери, ведущие в мой коридор.
Лица его я не видела, Артэо стоял ко мне спиной. Но такие шикарные белые волосы сложно перепутать, как и широкие плечи, обтянутые знакомым зелёным камзолом.
«И что Катриэль не понравилось? Симпатичный же элв. Богатый, умный, успешный, да и родословная отличная. Не такая, как у Киноя, но тоже ничего».
Услышав мой голос, ректор вздрогнул всем телом, кажется, едва слышно выругался и медленно обернулся с самым злым выражением, на которое только был способен.
Правда всё это выражение тут же исчезло, сменившись на иное, стоило ему меня увидеть.
— К…Катриэль?!
«Надо же, так забылся, что даже по имени назвал. Это хороший знак!»
— Утро, говорю, доброе, — еще шире улыбнулась я, с предвкушением ожидая его реакции.
И она не заставила себя ждать.
— Ты… что на тебе надето?!
— Нравится?
Я еще и покрутилась на каблуках, давая мужчине возможность оценить длину моих ног и стройность фигуры, которую сейчас почти ничего не скрывало.
Оценил.
