2
0
Всё-таки декан был мужчиной умным, поэтому тут же спросил:
— И это как-то связано с твоим возвращением в свой мир?
— Не могу сказать.
— Ясно.
Эшфорт кивнул, поднимаясь.
— А вот с родителями Катриэль всё-таки придется поговорить.
— Неужели они и тебя достали? — грустно усмехнулась я.
— И не только меня. Настоятельно тебе рекомендую ответить на их призывы, — посоветовал он. — Иначе они прибудут сюда и обо всем догадаются.
— Тебе легко говорить. Я их боюсь.
— Если тебе станет спокойнее, то могу сказать, что Катриэль они боялись не меньше.
— Что?! — выдохнула я, вытаращив глаза.
— В какой-то момент девушка стала совсем неуправляемой. Азтар Орэйо пытался хоть как-то удержать её, лишив денег, но стало только хуже. Катриэль стала реальной угрозой их существованию.
— Из-за своей деятельности.
— Да. Запретные зелья, проклятья и прочее. Это никому не прощается. А родители часто страдают вместе с виновными отпрысками.
— Ясно, — протянула я. — Спасибо. Мне действительно стало легче.
— Я подумаю насчет дополнительной охраны, — произнёс он, подходя к двери.
— А как насчет одежды? — тут же спросила я. — Не могу я же всё время ходить в этом.
— Я подумаю.
Только за мужчиной закрылась дверь, как я опять повернулась к еде и принялась есть.
Грей Эшфорт
«— Он и ты? Вы вместе?!
Растерянный взгляд и затаённая боль в глубине изумрудных глаз. Он прочел в них ответ сразу, но всё равно продолжал требовать ответ.
— Катя!
Ему хотелось сжать её еще сильнее и трясти. Так долго, пока девушка не ответит на вопрос. Пока не скажет, что он ошибся. Что это неправда!
— Да… Мы объявим обо всём на новогоднем балу».
Эшфорт всегда подозревал, что между Катриэль Орэйо и Киноем Мирэйо нечто больше, чем просто отношения преподаватель-студент. То, как парень смотрел на неё, сложно было не заметить. Да и элва периодически выделяла его среди остальных, благосклонно кивая на знаки внимания
Но до недавнего момента Эшфорту было всё равно.
В глубине души он даже мечтал, что Мирэйо затащит непокорную элву в постель и увезет из академии в свой Вечный лес. Подальше ото всех.
Грей остановился, упираясь рукой о стену и тяжело дыша.
Катя и Мирэйо… в постели…
Эта картинка была такой яркой, что мужчина с трудом сдержался, чтобы не разбить стену кулаком.
Ему всегда было плевать на Катриэль, но Катя… это ведь не холодная элва.
Катя — это искренний смех и блеск в глазах, благодаря которому они словно начинают светиться изнутри. Эмоции, такие яркие, что не увидеть невозможно. Злость, которую не скрыть за маской равнодушия. Радость, заставляющая улыбаться в ответ. Искренность, которую подделать не получится.
