Самый эльфийский поцелуй

— Правда? И как же ты собираешься это сделать? — спросил Грей, скривив губы в жалком подобие усмешки.

— С твоей помощью, — буркнула я, не разделяя его веселость.

Тут вопрос жизни и смерти, а он шутит изволит."

"— Катя, у тебя не получиться.

— А у Катриэль? У неё бы получилось?

— Но ты не она.

Впервые мне стало жалко, что это не так.

— И всё-таки?

— Возможно.

— Значит и я смогу, — решительно произнесла я, продолжая буравить взглядом красную кобру, которая продолжала раскачиваться и не оставляла попыток пробить нашу защиту.

Купол трещал, сверкал, но пока держался.

Интересно надолго ли?

— Хочешь помочь? — вдруг спросил Эшфорт, пытаясь встать прямо.

Получалось у него с трудом.

Я крепче его схватила, не давая завалиться назад. Грей дернулся, прошипел, что-то сквозь зубы, явно не очень приличное, и вдруг схватил меня за плечи, впиваясь в них пальцами.

Не самое приятное ощущение, но я устояла и даже не сморщилась.

— Хочешь помочь? — повторил он, пытливо глядя мне в глаза.

Я чувствовала, это не просто вопрос.

И отвечать надо честно и прямо, не увиливая.

— Хочу, — с готовностью ответила ему, готовая хоть сейчас и в огонь, и в воду, и через медные трубы проскочить!

— Тогда смотри мне в глаза?

— В… глаза?

Тут я совсем растерялась.

А причем тут глаза? Я ждала чего-то другого. Крови из вены, укуса в шею (о нет, это из Сумерек!), даже, возможно, поцелуя (мечтать не вредно!).

Но смотреть в глаза?

— Хорошо, — пробормотала я.

— Не отвлекайся! — тут же приказал он, став неожиданно серьёзным и сосредоточенным.

Была мысль еще что-нибудь сказать, но я решила, что не стоит.

«Не отвлекайся… а как тут можно отвлечься, когда даже сосредоточиться не можешь.

Но я послушно застыла, смотря в синие глаза мужчины.

Сначала ничего не происходило, хотя я старалась. Так старалась, что внимательно изучила все яркие крапинки у зрачка. И даже собственное отражение рассмотреть смогла. Мысленно ужаснувшись своей лохматости и испуганности.

А вот дальше…

Внезапно окружающий мир словно померк, растворился, полностью сосредоточившись в синеве мужского взгляда. И я вместе с ним.

Даже боль в предплечьях уже не казалась такой навязчивой и резкой.

Исчезли шум и шипение красной кобры, треск защиты… Лишь стук собственного пульса в голове разрушал эту удивительную и неповторимую тишину.

Клянусь, мне даже показалось, что вокруг нас появилось свечение. Которое становилось всё ярче.

А потом вдруг появился голос.

Его голос.

Я не понимала ни слова, но страха не чувствовала, наоборот, стало вдруг легче. Исчезли тревоги, страхи и запреты.

Мы с Греем словно стали ближе друг к другу.

Голос становился все громче и решительнее.