7
0— Так он тебя заинтересовал, амиго? Именно он? А может, будет ближе к истине сказать, что ты положил глаз на его компаньонку?
Кейд ухмыльнулся.
— Мне тебя не провести. Но все же, кто он?
— Его зовут Мануэль Барреда. Он судовладелец, его главный офис в Веракрузе. Очень, ну очень богат. Что еще… У него больная жена, три сына-бизнесмена и дочь замужем за президентом Юкатанского банка.
Кейд ощутил беспокойство. Переваривая информацию, он маленькими глоточками отпивал свой кофе.
— Так его дочь с ним? — наконец, спросил он.
Оросео затрясся в припадке беззвучного смеха. Кейд терпеливо ждал, пока Оросео стучал кулаком по колену и вытирал платком глаза.
— Извини, — сказал коллега, когда совладал с собой. — Нет, это не дочь. Если бы ты видел его дочь, то понял бы, почему я так развеселился. Его дочь — очень крупная женщина, весьма почтенная особа, но очень крупная. Говорят, она использует сетки для арбузов вместо лифчика. Что до ее задницы…
— В задницу ее задницу. Кто эта девушка с ним?
— Ах! — Оросео покачал головой. — Если бы мне каждый раз, когда я отвечаю на этот вопрос, платили по десять долларов, я давно бы уже катался на «мерседесе». Каждый день, каждый час, с тех пор как она здесь объявилась, меня спрашивают, кто она такая.
— Это не ответ.
— Ее зовут Хуана Рока.
— Это я и сам уже узнал. Кто она?
— Я знаю, что она такое, — снова покачал головой Оросео. — В настоящее время она любовница сеньора Барреды. В этом нет никаких сомнений. А вот на вопрос, кто она, ответить уже труднее. Я наводил справки. Перед тем, как повстречать сеньора Барреду, она была танцовщицей в клубе «Сан Диего» в Мехико-Сити. Известно, что она была дружна со многими торреро. Или, точнее будет сказать, что многие торреро были дружны с нею. — Он сморщил нос и улыбнулся Кейду. — Тут есть тонкая разница. Это может означать, что работники плаща и шпаги, хотя и были весьма дружны с ней, но не заходили в своих намерениях слишком далеко. Надо ли мне говорить, какого рода намерения возникают в душах бойцов бычачьего фронта, когда они видят женщину, столь прекрасную, как Хуана Рока?
— Нет.
— И думаю, мне нет необходимости гадать о намерениях блестящего, талантливого фоторепортера, который проявляет такую очевидную заинтересованность в ней?
Кейд допил кофе.
— Давай повторим. Мексиканский кофе действительно превосходен.
— Да? Ты так думаешь? — просиял Оросео. Он щелкнул пальцами в сторону официанта. Пока им несли новые чашки с кофе, оба молчали.
Потом Кейд спросил:
— А что сеньор Барреда здесь делает? Мне кажется, что быть судовладельцем — дело довольно хлопотное, чтобы так вот прохлаждаться в Акапулько."
"— Что ж, это верно, — задумчиво протянул Оросео. — Но не следует делать скоропалительных выводов.
