3
0
Утром, после того, как взволнованный Сеня уехал на встречу с Крапивиным, она отправилась по обычному маршруту – на рынок за свежим творогом к знакомой торговке, затем в магазин за булочкой, потом домой, предвкушая традиционный завтрак с творогом и свежей выпечкой.
В подъезд за Ритой проскользнул чернявый мальчишка лет двенадцати, в последний момент придержав рукой уже закрывавшуюся дверь. Они встали возле лифта, и Рита приветливо кивнула ему. Мальчишка растянул губы в улыбке, но глаза у него были настороженные, очень внимательные.
В руках у парнишки был перепачканный портфель, порванный в нескольких местах. Славный мальчик, подумала Рита, только непонятно, почему у него взрослый портфель, и такой драный... Как будто он его на помойке нашел. Она не видела раньше этого подростка в своем подъезде, но рассудила, что жителей много, и к кому-то из них вполне мог приехать племянник или внук.
Лифт открылся, но мальчик выжидательно смотрел на Риту, и она, улыбнувшись его вежливости, вошла в кабину. Мальчик остановился в дверях, на секунду замешкался, а затем резким движением открыл портфель и вытряхнул его содержимое Рите под ноги – странный пищащий клубок, распавшийся при падении на много частей. Отбросил портфель за спину, ухмыльнулся, и проворно нажав кнопку десятого этажа, отскочил назад, чтобы не прищемило в дверях.
Рита не успела ничего сообразить – настолько быстро и неожиданно все случилось. Она взглянула под ноги, и с ужасом увидела мечущихся по лифту крыс. Их было не меньше десятка – белых и серых, с длинными лысыми хвостами, с острыми мордами. Они перепрыгивали друг через друга, а одна из крыс – в точности такая же, как укусила ее в детстве, вскарабкалась на Ритин сапог и уставилась на нее снизу красными бусинками. На загривке у твари выступила кровь, и последней здравой мыслью Риты было: зря мальчик посадил всех крыс в один портфель, потому что они искусали друг друга.
И теперь искусают ее.
С хриплым криком женщина отшвырнула крысу в сторону, резко дернув ногой, и та отлетела, ударилась о стенку лифта, но тут же приземлилась на все четыре лапки. Крик Риты перешел в хрип, потому что перед глазами ее возникла жуткая картина: ее собственное объеденное грызунами тело, и крысы, пирующие на ее лице, – крысы с окровавленными мордами, шуршащие хвостами, перебирающие когтистыми лапками по ее коже. От охватившей Риту паники она даже не догадалась остановить лифт, и до десятого этажа кабину сотрясал ее отчаянный, дикий вопль, в котором явственно слышалось сумасшествие.
Задыхающаяся, покрытая холодным потом, с бешено бьющимся сердцем, Рита бежала по лестнице с десятого этажа на свой пятый, и в глазах у нее темнело, а потолок грозил обрушиться черным колпаком, под которым нечем будет дышать.
