3
0И мужикам обязательно следует показать и объяснить, что вместе они представляют собой реальную силу, которая никакому «вахе» себя в обиду не даст…
– Михаил, ключи от машины…
Ключи с вечера у троюродного брата остались, когда он машину к себе во двор отгонял. Мишка протянул брелок.
– Я поехал… – сказал Алексей.
– Я ворота открою… – сказал Мишка. – Там одна створка с хитростью… Отваливаться любит… Сам не справишься…
До дома Пашкованцевых они шли медленно, Алексей трудно ходил, хотя на боль в ноге внимания приучился уже обращать мало, потому что эту боль вытеснила боль другая, гораздо более сильная. И даже опора на тросточку не помогала передвигаться быстрее. Но все же дошли, Мишка ворота открыл, Алексей за ворота уже выехал, когда позвонил отец.
Алексей очень боялся этого звонка. Он не знал, какие слова подобрать, чтобы объяснить, что произошло. Понимал, что для него это было ударом, а для пожилого отца такой удар перенести сложнее. И уж совсем боялся, что мать сама позвонит. Ей бы он вообще ничего сказать не смог. Сообщение мать могло бы просто убить…
Но мать, если звонила, всегда пользовалась городским телефоном, потому что плохо видела клавиши на трубке мобильника. Да и своего мобильника у нее не было.
– Здравствуй, папа… – сказал Алексей сдержанно.
– Здравствуй, сынок… – В этот раз оба, не сговариваясь, обошлись без традиционного в их общении полушутливого «здравия желаю». – Ну, как тебя приняли?
– Хорошо приняли… Тебе большой привет от дяди Лени с тетей Зиной и от моего братца Мишки… Еще вчера передавали…
Отец почувствовал металлическую натянутость в голосе сына.
– Я в курсе, Леша… Мне позвонили, чтобы я тебе сообщил, если тебя найти не смогут… Но ты, кажется, сам уже знаешь… Что это за лейтенант там был – Медведев?…
– Внешне казался нормальным лейтенантом. Малоопытным, но нормальным…
– Как же он так вот, сам в засаду полез…
– Бывает хуже, папа…
– Хуже ничего не бывает… Лейтенант не только сам с жизнью простился, он еще и солдат взвода жизни лишил… Целого взвода… Матери армии своих сыновей доверили… А их подставили… Хуже этого ничего не бывает…
– Их, папа, не матери доверяли… Они сами шли… У меня во взводе ни одного срочника не было. Только контрактники… Но не в этом дело… Хуже все равно бывает…
Отец взял на раздумья паузу. Осмысливал, видимо, слова и интонации сына.
– Что-то еще произошло? – понял, наконец.
– Да… Пожар был… Сегодня ночью… И… дом, который мы купить хотели… Людмила с Анастасией в доме были… Я в бане спал… Дверь подперли трубой, и дом подожгли…
Отец, казалось, потерял дар речи.
– Папа, ты слышишь?
– Слышу, сынок… – на удивление, голос отставного полковника звучал твердо. Он умел держать удары.
