3
0
– Не пил… И никогда уже не буду… С той самой ночи…
– Да… Сильное ты внушение получил…
– Два… Два внушения… Я вам говорил, кажется, что в тот день взвод мой вместе с новым командиром погиб…
– Да, помню… Ты не говорил… Мужики ваши говорили, с чего ты запил…
– А потом вот я узнал, что лейтенант, который взвод на бэтээрах в ущелье завез, пьяный тогда был… Младший сержант, один из всех остался, ничего не сказал… Экспертиза потом показала… В состоянии сильного опьянения… Тогда и младший сержант раскололся…
– Эх, мне, что ль, бросить… – в сердцах поставил перед собой уже поднятую рюмку отец Георгий. – Вот возьму и брошу… И даже до конца бутылку допивать не буду… Пусть наш следак один отдувается… У него здоровья на нас двоих хватит…
Старший лейтенант посмотрел на священника спокойно.
– Я бы всем рекомендовал…
– И мне? – спросил Строганов.
– И вам… Сколько ни сталкиваюсь, большинство бед вокруг из-за пьянства… А Дагестан у нас в России самый крупный производитель спирта… На наших бедах наживается… А другим кавказцам ликер-водочные заводы принадлежат… Почти по всей России, полностью или частично… И подпольные заводы, где отраву для нас делают…
– Господь видит все… – неожиданно миролюбиво сказал всегда категоричный отец Георгий. – И каждому воздаст по заслугам…
– Но никогда не посчитает пьянку заслугой…
– Это да… Пьянка – грех… Пей сам, Артемий, я воздержусь… Подумать хочу… А то возьму и правда брошу… Только за тех мальчишек, которых убили…
– Это, отец Георгий, называется пьяным базаром… – заметил отставной следователь, опрокидывая рюмку в рот. – А вообще-то тебе следовало пить бросить с того раза, как твой храм ограбили… По примеру старшего лейтенанта… Несчастье пришло – бросай пить… Сейчас бы тебя уже в штат вернули…
Священник посмотрел на Строганова сердито и резко подальше от себя отодвинул свою рюмку. И даже водку по столу расплескал…
Храм, где служил отец Георгий настоятелем, находился в восьмидесяти километрах от его дома, и он постоянно ездил туда на автобусе. Храм старинный, с хорошим иконостасом и древней росписью. Уже около года назад после окончания службы несколько машин не уехало, как потом говорили свидетели – церковный сторож и его жена. Отец Георгий переодевался, когда ему в спину ткнули стволом автомата, заставили лечь на пол и начали снимать с иконостаса иконы. Не каждую снимали – знали, что следует выбрать, а что никого не заинтересует. Когда иконостас опустошили, отца Георгия связали, и он пролежал на полу, то молитвы читая, то громко ругаясь, посылая на грабителей проклятия, целый час, пока церковный сторож не услышал его, не пришел и не освободил.
