Руины веры

Мне кажется, логично поскорее убраться из этого района.

— Пошли, зайдем в то кафе.

— В туалет, что ли? — не понимаю.

— В туалет, — подтверждает Райан и отнимает руку от бока.

— Черт, — это единственное, на что меня хватает. Его ладонь в крови. Куртка продырявлена насквозь.

Курт громко ахает за моей спиной. Не оборачиваюсь.

Булка, щекастый? Булка?!

— Пошли, — разворачиваюсь. — Заходи первый.

Курт плетется за нами.

***

Запираю дверь туалета на замок. Желающие пусть потерпят. Нам не нужно, чтобы снова кто-то вызвал полицию по наши души второй раз.

— Давай, — Кесседи снимает куртку.

Курт топчется у двери. Бледный, как смерть.

Свитер под курткой разодран на боку в клочья. Края пропитались кровью. Ее много. Очень. Она течет вниз, впитывая в ремень джинсов, ползет к бедру.

— Серьезно? — не знаю, зачем спрашиваю. И так вижу.

Райан закусывает губу от боли. Подходит к зеркалу. Крутится."

"— Выходное отверстие, — говорит. — На вылет.

— Это хорошо? — кажется, у меня голос дрожит.

— То, что не вытаскивать пулю, хорошо, — отвечает спокойно. — А так паршиво.

— Тебя надо в больницу.

— Ты себе как это представляешь? После стычки с копами.

Закусываю губу до крови. Что же делать? Ладно, террористы у нас опытные. У них должен быть в сообщниках доктор. Непременно. Значит, наша задача дождаться встречи с Сантьяго. Там разберемся.

— Надо остановить кровь, — говорю.

— До конца не остановишь. Тут надо шить, — Райан не паникует. Прекрасно владеет собой. Просто констатирует факт.

— Значит, не до конца, — соглашаюсь. — Вот, — беру с сушителя несколько полотенец. — Черт. Тут даже не прижмешь… Ты как вообще?

— В норме, — заверяет.

Возимся минут десять. Ничего не получается. Нам бы “скорую”, а не кружок самодеятельности. В конце концов, прижимаем рану двумя полотенцами с обеих сторон. Третьим перевязываем.

— Ты идти сможешь? — спрашиваю серьезно. — Ты уже потерял много крови.

Райан кусает губы, но уверенно заявляет:

— Не впервой. Думаешь, эти шрамы на моей спине появились без крови? И поверь, там было гораздо больше. Так что все нормально. Выживу.

Черт, Кесседи, знал бы ты, как я хочу тебе верить. Больше всего на свете.

Курт совсем зеленый.

— Так, — решаю. — Перекинь руку через мое плечо. Пойдем медленно.

— Ты коротышка, — пытается пошутить Кесседи. Мне не смешно. Я в ужасе.

— Потерпишь, — огрызаюсь. — И имей в виду, я буду тащить тебя на себе столько, сколько нужно. И не смей умирать, — в моем голосе слышны истерические нотки.

— Не собираюсь, — заверяет Райан. Помогаю ему застегнуть куртку.

Опирается на меня.

Выходим.

***

Сидим на скамейке для ожидания.