Роман о двух мирах

Ее видит незнакомец, медленно идущий по тенистой аллее с книгой в руке, – их глаза встречаются. Она вскакивает, чтобы поприветствовать его, он берет ее за руку. Женщина – это вы сами, а незнакомец – не кто иной, как ваш бедный друг, который сейчас ненадолго прощается с вами!

Он настолько быстро описал картину, что мне показалось, она была внезапным видением в магическом кристалле. Я посмотрела на него со всей серьезностью.

– Значит, наша следующая встреча будет счастливой? – спросила я.

– Конечно. Почему нет? И следующая, и та, что после нее!

От ответа, данного мне так искренне, я почувствовала облегчение и решительно пошла за ним через зал к парадной двери. Тут нас встретил Лео и сообщил о желании попрощаться со мной так просто, как это мог сделать один лишь человек. Я наклонилась, поцеловала его большую голову, ласково потрепала и была вознаграждена за внимание тем, что его похожий на султан хвост медленно закачался взад и вперед, – знак удовольствия, которое бедное животное не выражало с тех пор, как Зара покинула место своего земного заточения.

В дверях милый мальчик-грек протянул мне огромную корзину восхитительных цветов.

– Последние из оранжереи, – сказал Гелиобас. – Мне больше не понадобится эта роскошь.

Когда я села в карету, он поставил корзину рядом со мной и снова взял меня за руку.

– Прощайте, дитя мое! – сказал он искренне и по-доброму. – У меня есть ваш адрес, я буду писать обо всех своих переездах. В любой беде, маленькой и большой, без колебаний пишите мне за советом. Я уже сейчас могу сказать, что предвижу время, когда вы совершенно откажетесь от сомнительной и опостылевшей жизни простого профессионального музыканта. Думаете, никакое другое ремесло для вас невозможно? Посмотрим! Все решат несколько месяцев. Еще раз до свидания, храни вас Бог!"

"Карета тронулась, а Гелиобас так и остался стоять на ступенях особняка, наблюдая, как она скрывается из виду. Я до последнего смотрела на величественную фигуру, возвышающуюся в свете зимнего солнца, – фигуру, которой отныне суждено занимать видное место в моей жизни и в памяти. Сожаление, испытанное от расставания с ним, в значительной степени смягчила его уверенность в нашей будущей встрече – это обещание уже было исполнено и, вероятно, вскоре будет исполнено снова. Дружба с таким человеком стала для меня благотворной, ведь под его наставничеством я могу верно судить о многих вещах, происходящих в повседневной жизни, – о вещах, что кажутся тривиальными, но являются намеками на грядущие серьезные изменения, которые я таким образом частично могу предвидеть.