3
0
— Дядя будет рад слышать, что ты достиг столь высокого положения, но не этих качеств он ищет в моем будущем муже.
— Каких же? — с любопытством спросил он.
— Морган с легкостью разглядит за суровой внешностью человека с горячей кровью, страстного и преданного. Ты благородный человек и не сможешь одурачить дядюшку. Он сразу же поймет, что кроется в твоем сердце.
— А ты, Джиллиан? Видишь ли ты, что таится в моем сердце? — едва слышно прошептал он, и молния желания пронизала ее до кончиков пальцев.
Солнечный свет, проникавший сквозь густую листву, окутывал Бродика радужным сиянием. Кожа блестела, а длинные волосы золотились. При одном взгляде на этого бронзового бога у нее пересыхало в горле и что-то сжималось внутри. Нескромные фантазии окрасили щеки девушки алым цветом, и ей пришлось поспешно уставить глаза в землю. Прошло несколько минут, прежде чем ей удалось справиться со смятенными думами. До встречи с Бродиком ее мало занимали отношения между влюбленными, но теперь придется провести немало времени в исповедальне, замаливая свои грехи.
— У тебя было много женщин? — вырвалось у Джиллиан, и она поспешно прикусила язык, не веря, что оказалась способной на такое бесстыдство. О, если бы можно было взять слова назад! — Не отвечай, — пробормотала она пристыженно. — Мне не следовало спрашивать.
— Ты можешь спрашивать меня о чем угодно, — разрешил он. — Да, у меня были женщины. Хочешь знать их точное количество?
— Не стоит, — вздохнула она, по-прежнему не поднимая головы. — Тебя кто-то ждет?
— Да. Сразу несколько дам вздыхают по мне. Джиллиан, забыв обо всем, резко вскинула глаза.
— Ты не можешь жениться на всех! — негодующе прошипела она, и Бродик едва удержался от смеха.
— Поверь, немало женщин мечтают провести со мной ночь, — объяснил он, — но ни одна не мечтает о браке.
Джиллиан поняла, что ненавидит этих назойливых особ. Безрассудная ревность терзала ее хуже раскаленных щипцов. Она вовсе не собиралась идти с ним под венец, но, стоило представить Бродика в объятиях какой-нибудь распутницы, внутри все переворачивалось. И не в силах скрыть бессильный гнев, она запальчиво осведомилась:
— И что же, эти женщины будут делить с тобой постель и после свадьбы?
— Об этом я не думал, — признался он с ухмылкой."
"Девушка поняла, что он читает ее мысли так же легко, как священник — Библию. Понимает, что ей не по вкусу всякое упоминание о посторонних женщинах! Ей захотелось как следует лягнуть его… и… и поцеловать. Но Джиллиан, вспомнив о приличиях, чопорно объявила:
— Вряд ли такое поведение понравится твоей супруге.
— Джиллиан, когда ты станешь моей женой, я и не посмотрю на других. Мы будем верны друг другу до самой смерти, в горе и радости. И не стоит волноваться о таких пустяках.
