3
0Алек кивнул:
— Она довела его, чтобы он не набросился на меня. А он словно с цепи сорвался!
Неожиданно вспомнив о кольце, мальчик снял с шеи ленту.
— Джиллиан пообещала быть моей защитницей, совсем как дядя Бродик, и разрешила носить кольцо, пока я не вернусь домой. Она пообещала, что никому не позволит обидеть меня, и сдержала слово. Больше мне кольцо ни к чему, но все-таки хочется его сохранить.
— Нельзя, Алек, — мягко возразила Джиллиан. Мальчик неохотно протянул ей кольцо.
— А дядя Бродик разрешил мне взять клинок насовсем.
— И тем не менее кольцо моей бабушки ты не получишь! — засмеялась Джиллиан.
Джудит взяла мужа за руку.
— Надеюсь, ты понимаешь, что, не будь этой милой дамы, наш сын давно лежал бы на дне пропасти?
— Разумеется. Но…
— В таком случае предлагаю поблагодарить Джиллиан, вместо того чтобы рвать и метать так, словно это она виновата в чужом преступлении. Я Бога буду за нее молить. Она стала ангелом-хранителем нашего сына.
Джиллиан смутилась до слез и протестующе затрясла головой, но Джудит промокнула глаза полотняным платочком и поднялась.
— Джиллиан, — нерешительно начал Йен, — спасибо за то, что защитила нашего сына. Поверь, у меня и в мыслях не было хоть в чем-то тебя винить. Если тебе показалось, будто я не так себя веду, прошу извинить… и, как это ни трудно, я все-таки дождусь Рамзи.
— Ну вот и хорошо, — . просияла Джудит. — По-моему, я впервые в жизни слышу, как ты просишь у кого-то прощения. Торжественный случай! Знаменательное событие! И раз ты в таком благосклонном настроении, могу я предложить собраться после пира, чтобы спокойно выслушать Джиллиан? — И, не дожидаясь согласия мужа, объявила: — Джиллиан, разумеется, захочет освежиться.
— Она ужасно любит купаться, ма, — пожаловался Алек. — И меня заставляла мыться. Я не хотел, а она насильно.
— Вижу, о тебе хорошо заботились, Алек, — засмеялась Джудит. — Джиллиан, хочешь горячую ванну?
— Еще бы!
Сейчас найду для тебя чистую одежду, а эту велю выстирать — пообещала она. — И принесу тебе плед Мейтлендов, чтобы не замерзнуть. Хотя дни стоят теплые, по ночам прохладно.
Услышав про плед клана Мейтлендов, Бродик мгновенно насторожился: очевидно, это известие пришлось ему не по вкусу."
"— Она наденет на праздник плед Бьюкененов! — провозгласил он, ничуть не заботясь, как истолкуют посторонние такую вольность.
Йен сложил руки на груди и откинулся на спинку стула.
— С чего бы это? Хочешь сказать, что она…
— Мои воины… обидятся, — перебил его Бродик. — Они взбунтуются, если увидят ее в твоем пледе, Йен. Они полюбили девушку, считают ее своей и никому не позволяют к ней приблизиться. Пока она здесь, будет носить наши цвета.
