3
0
Я не любила разочаровываться в людях, ещё больше не любила разочароваться в себе, а это ощущение надвигалось, заполняя собой все мысли: ведь видела, происходит что-то не то, даже подозревала мужа в измене — как-то внезапно он охладел ко мне, ушёл в себя, похудел.
Но нет, гнала поганые мысли поганой метлой, не давала им разрастаться.
Слишком частыми в последнее время стали ночные выезды, какие-то странные отлучки, дежурства. Если бы он служил в убойном отделе, тогда это было бы закономерно, оперативники вообще пропадают на службе сутками, но муж — обычный следак.
Ой дура-а-а! Вот оно моё стремление к самообману — до последнего хочется верить в человека. Не зря мне родители всегда говорили, что я легкомысленная и доверчивая, начисто лишённая логики и критического мышления.
Ведь всё лежало на поверхности, нужно было только сложить два и два, а потом обратиться к частному детективу, пусть бы проследил за товарищем капитаном.
Хотя вряд ли кто-то бы согласился устроить охоту на коллегу, но можно же было хотя бы попробовать найти такого специалиста?
У меня перед глазами засверкали белые мушки, закружилась голова, исчезли всякие силы, и я едва не выронила телефон.
Ещё вчера была безмерно счастлива, как будто птица, высоко поднявшаяся ввысь, и дух от этого захватывало, и чувствовала крепкие крылья за спиной, а сегодня та же птица, только сложившая крылья и камнем полетевшая вниз навстречу гибели, и нет уже вокруг ни милого уютного уголка, ни прекрасных перспектив и жизни тоже нет.
Макс слышал наш разговор, и всё время молчал, пока мы ехали сначала до парковки, где я оставила машину, а потом — до автосервиса.
Он, понимая, в каком состоянии подруга, хоть я и продолжала, фальшиво улыбаясь, играть беспечность, пересел в мою машину на место водителя и позвонил приятелю, чтобы тот отогнал Porsche на ремонт в автосервис.
Я вообще не знала, где остановился Макс, где ночует, почему-то не интересовалась. Захочет — скажет сам.
Но за то, что и он не задавал лишних вопросов, была ему безмерно благодарна.
С настроением надо было что-то делать, я уже достала смартфон, чтобы по привычке заказать билет… куда угодно.
Всегда срывалась в минуты отчаяния: куда-то ехала, что-то меняла, что-то искала, так было в тот ужасный день выпускного вечера, когда после драки двух упрямцев я сбежала к бабушке в деревню, не оставшись на банкет. Так же было ещё раз."
"Сегодня от бегства меня остановили два пункта: деньги, которых не было, и какое-никакое чувство ответственности, ибо близился конкурс детских театральных коллективов, намеченный на первую декаду января. Какие уж тут поездки?
Голубев нервно дёрнул переключатель передач, ставя его в положение «парковка». Заглушив мотор, он повернулся ко мне:
— Приехали.
