4
0
Я потянулась за вторым и так же пафосно заговорила:
– Клянешься ли ты говорить мне правду и ничего, кроме правды?
– Клянусь! Мамой. Чтоб мне сковородкой по морде получать, если вру!
– Клянешься ли больше не бить морду незнакомым мужчинам просто потому, что они стоят со мной рядом?
– Есть нюансы, – пошел на попятную Кирилл. – Что? Я только что поклялся не врать!
– Ладно, – согласилась я, – клянешься любить меня всегда? А если разлюбишь, поклянись, что я первая об этом узнаю.
– Клянусь, что не разлюблю, – хрипло прошептал он, пожирая меня взглядом.
– Тогда я объявляю нас мужем и женой! Ура? – спросила я, надевая на его безымянный палец кольцо.
– Иди ко мне, малышка! Скрепим союз поцелуем.
И мы скрепили. Так, что этот новый союз просто обязан был быть крепким и нерушимым, как Великая Китайская стена. Об этом с таким упорством позаботился Кирилл, что я снова забыла обо всем, окунаясь в наш короткий, но сладкий медовый месяц.
Я горела, я дышала им. В то утро Кирилл стал моим воздухом, моей жизнью. Казалось, даже наши сердца бьются хаотично в унисон. Я в который раз поймала себя на том, что я бессовестно счастлива, сгорая дотла в его объятиях, подставляя тело под его поцелуи, улетая вместе с ним к облакам и мягко приземляясь обратно.
Когда мы выбрались из постели, над городом вовсю светило солнце. Кирилл потащил меня в душ, но на полпути нас заставили вспомнить, что за дверью есть реальный мир.
Запиликал мой мобильный, и по рингтону я сразу поняла, что звонит моя мама.
Глава 24
Кирилл
Я вел довольную и сытую жену в душ, не утруждая себя поисками одежды, ибо нафиг она нам сейчас нужна.
Я вспомнил значение слова «счастье» и настоящее удовлетворение от секса.
Я давно забыл, что это такое. Каждый секс с кем-то, кто не Саша, заканчивался одинаково: я уходил домой с зияющей пустотой в душе. Физически я кончал, конечно, да и девушки выглядели довольными, но всегда было ощущение пустоты, недосказанности.
А сегодня познал дзен, посетил Шамбалу и, наконец, поймал душевное спокойствие.
И это было странно и как будто ново. Когда ты настолько привыкаешь жить в вечной тревоге и пустоте, что перестаешь обращать на это внимание.
И понимаешь ты, что жил не так, только в момент, когда все налаживается. Ты успокаиваешься и вспоминаешь, что такое настоящее счастье.
Все было так хорошо, словно не с нами. Улыбающаяся Сашка, довольная, с замутненным взглядом и припухшими от моих поцелуев губами сама льнула ко мне, требуя, чтобы я был рядом. Словно ей нужно было физическое подтверждение того, что это не сон и «мы» реальны.
