Разведен. Влюблен. Опасен

Так, что я немного забыла о том, где мы находимся, и на мгновение вернулась на пять лет назад, когда такой взгляд означал только одно: ближайшее время мы проведем в постели. И явно не для того, чтобы как следует выспаться.

Я вздрогнула, Кирилл сглотнул и дернулся. Сделал полшага в мою сторону, остановился, громко втянул носом воздух и улыбнулся:

– Не брал!

– Не верю, – зачем-то уперлась я.

– Что пнем по сове, что совой об пень, а сове как-то обидно, – философски прокомментировал мое неверие Кирилл. – Шуня, я сказал «не брал», значит, не отдам. Поехали.

Я задержала дыхание, стараясь успокоиться и не поколотить бывшего, вспомнила его слова, мол, обязанность бывших жен заключается в том, чтобы искусно портить настроение бывшим мужьям, и улыбнулась.

Я гордо спускалась по лестнице, кожей чувствуя его взгляд на своей пятой точке, и старалась не реагировать. Ну и пусть щеки запылали и дыхание сбилось, главное – найти телефон.

Я же как-то выдержала год совместной жизни с ним? Значит, и остаток дня в его компании тоже выдержу.

Аргумент мой, конечно, был дырявый со всех сторон, но немного успокоил и заставил отвлечься на собственные размышления.

Мы вышли во двор, я обернулась к Кириллу, а он галантно указал мне на новенькую иномарку, стоящую во дворе.

– Прошу к нашему скромному шалашу, – позвал он, приглашающе махая в сторону машины рукой.

– Не ври, Захаров, вот чем-чем, а скромностью ты никогда не страдал, – фыркнула я.

Он только весело хмыкнул, помог мне сесть в машину, устроился за рулем и завел мотор. Одновременно с тем, когда он повернул ключ в замке зажигания, в салоне заиграла музыка.

И пахло им. Его парфюмом, тонким, почти неслышным, призраком витающим в воздухе, но я почувствовала.

Мгновенно отреагировало тело, успокаиваясь. Сердце больше не колотилось как сумасшедшее, а я поймала себя на том, что давно не чувствовала себя такой умиротворенной, как сейчас, укутанная шлейфом от его парфюма. Того самого, которым он пользовался пять лет назад…

Кирилл расслабленно вел машину, а я все пыталась разобраться, чего он такой довольный. Задавать вопрос в лоб посчитала неуместным: Захаров отшутится, заговорит зубы, но на вопрос не ответит.

– Рассказывай, Шунь, – нарушил он молчание, сворачивая на проспект, – как жизнь молодая? Как работа?

– Нормально, – пожала я плечами, – отучилась на ветеринара, устроилась в клинику.

– А я думал, на ихтиолога. Такую рыбу поймала, – не удержался гад от шпильки, а я привычно завелась. – Где познакомились? У пруда?

– Меня, Захаров, больше волнует, как так получилось, что ты снова вернулся в мою жизнь? – прошипела я.

– Не знаю.