Радость пирата

— Как это — легче?

— Неглубоко, мэм, только грудью. Забудьте о корсете и не старайтесь протолкнуть воздух глубже, и все будет хорошо. Джулия отступила, чтобы увидеть результат своего труда.

— Видит Бог, мэм, старания этого стоят. Смотрите.

Джулия подвела Алекс к большому зеркалу в углу, и Алекс застыла, не веря в то, что отражение в зеркале действительно принадлежит ей. Корсет не только сузил талию так, что ее можно было обхватить ладонями, но и приподнял грудь, сделав ее на вид особенно пышной и соблазнительной. Кружевная отделка клиновидной вставки переда усиливала эффект. Платье оставляло плечи открытыми, верхняя часть рукавов была выполнена из богатого черного кружева, такого же, которым были отделаны нижние юбки, выглядывающие из-под пышной, расшитой серебром и жемчугом верхней. Золотистые волосы были искусно завиты и собраны наверх. На затылке шелковистые пряди удерживала заколка из драгоценных камней — подарок с Тенерифе, спереди — украшение, изготовленное мадам Руж, сплетенное из жемчужных нитей, одна из которых изящно спускалась на лоб.

Джулия натерла потерявшей дар речи Алекс щеки особой бумагой, чтобы кровь прилила к ним, придав приятный румянец лицу. Теперь Алекс была готова к выходу.

— Господи, красота-то какая! — всплеснула руками Джулия.

— Спасибо, — еле слышно прошептала Алекс, все еще не в силах поверить, что видит в зеркале себя.

— О, мисс, чуть не забыла.

Джулия взяла с туалетного столика изящный веер, подарок Мэдди. Алекс закрепила на запястье бархатную ленточку и открыла веер. Крохотные бриллианты заиграли в лучах света, точно сотни маленьких зеркал.

— Превосходно, — заключила Джулия, придирчиво осмотрев Александру.

Внизу грянули первые такты танцевальной музыки — приветствие гостей закончилось, и бал начинался. Алекс вдохнула столько воздуха, сколько позволял корсет, и пошла к двери.

— Веселее, мэм, — крикнула ей вслед служанка. — Улыбайтесь. Не во весь рот, конечно, только чуть-чуть, загадочно и маняще.

— Боюсь, что улыбка мне сейчас не по силам, Джули."

"— Нет, мэм. Вы слишком храбрая для того, чтобы дать кому-нибудь или чему-нибудь вас одолеть, тем более этому дурацкому корсету. А теперь улыбнитесь — не сомневайтесь, вы самая красивая женщина на этом балу, и все мужчины будут у ваших ног.

— Если я не упаду к их ногам первой, — прошептала Алекс, делая еще один болезненный вдох.

Алекс шла к лестнице словно на казнь. Зачем она только позволила Мэдди уговорить себя? Впрочем, Мэдди трудно было переспорить. Доброта ее не знала границ, но гораздо далее простиралась ее решимость. Алекс знала, что еще никогда в своей жизни не была такой привлекательной, но толку от этого все равно было мало.