Все полезло наружу и взорвалось в недоверии.
Я ведь знала, с кем жизнь связала, как и знала, что его год не было, и вопросов не задавала. Это у меня все просто. Ведь я даже понятия не имею о его другой жизни, и какой она была. Руслан никогда не рассказывал, а я и не спрашивала. Только обещания с него требовала, а он боялся открыться. Меня потерять боялся. Меня! Если бы не любил, зачем ему я?
И вдруг стало легко. Словно груз сбросила. Я даже словно услышала, как звенят оковы, которыми сама себя сковала. Ведь могу дать нам шанс, могу посмотреть, как он поступит. Это же мой Руслан – если пообещал, значит, выполнит.
До боли захотелось его увидеть, прижаться к нему и понять, что не лжет, что соскучился и ждет меня. Услышать, что любит. Я схватила сотовый и в нетерпении набрала его номер. Он ответил не сразу. А как голос услышала, дышать стало трудно и говорить тяжело. Был бы рядом – в глаза бы посмотрел и все понял. Я что-то лепетала, чувствуя, как по щекам слезы катятся, почти ответов его не слышала, и от невыносимого желания увидеть скулы свело и в жар бросило.
Я лихорадочно одевалась, расчесывалась, даже руки дрожали от нетерпения. Столько времени потеряли.
Я приехала к дому Руслана и, заплатив таксисту, быстрым шагом пошла к главному входу. Меня тут же впустили, и я обрадовалась – значит, ждет. Правда, попросили постоять внизу, пока Руслан спустится, но я не захотела. Я должна была его увидеть сейчас. Какое-то невыносимое желание, от которого колени дрожат. Словно ломка во всем теле."
"Внутри все горело от предвкушения встречи. Даже дух захватывало. Я представляла, как он будет рад, что я приехала сама, что наконец-то рухнула эта стена отчуждения между нами.
Руслан вышел сам, неожиданно, в расстегнутой рубашке, застегивая на ходу пуговицы, а за ним следом Лариса в легком халате и босиком. Она удержала его за руку, прижимаясь всем телом.
– Не уходи. Мы к нему вечером можем поехать.
И в этот момент он заметил меня.









