Пусть любить тебя будет больно

Допивал водяру до конца, до донышка, разбивал бутылку о стену и смотрел на «розочку», задумываясь о том, насколько мягко она войдет в яремную вену.

Левченков позвонил ему через пару месяцев, когда он почти превратился в кусок дерьма. Сергей не думал, что когда-нибудь услышит голос этого человека, спустя столько лет.

«Ну что, Новиков, ты полностью в говно или соображаешь, что происходит?»

На секунду протрезвел. Последний раз слышал этот голос еще, когда служил.

«В говно, Гена, но пока соображаю».

«Как считаешь, обратная дорога из этого говна есть, или это конец?»

«Смысла нет.

А дорога есть всегда».

«Я могу найти для тебя смысл, если хочешь выбраться. Давай встретимся. Обговорим пару вопросов».

«Зачем? Мне неинтересно».

«Станет интересно, когда скажу, что твоя бывшая замешана?»

Сергей резко подался вперед.

«Что значит – замешана? Во что замешана?»

«Не телефонный разговор, Новиков. Давай приведи себя в порядок и приезжай к заправке «Грин» на окружной. Я тебя там подберу, и поедем покатаемся».

Левченков Артем Викторович – сослуживец Новикова и ныне подполковник в отставке. Он хорошо его помнил, знал, что дурного не предложит, только Сергею было наплевать на любое его предложение.

Не упомяни тот Оксану, он бы вообще не поехал. Левченков хорошо подготовился к этой встрече, в отличие от Новикова. Тот с трудом привел себя в порядок, приняв ледяную ванну и пару таблеток аспирина, насквозь провоняв алкоголем, Сергей ехал в такси и думал о том, что на эти бабки мог бы купить пару бутылок «Столичной» и нажраться вусмерть. Ему б на неделю запоя хватило.

Левченков встретил Сергея на крутом «БМВ» с правительственными номерами и повез в небольшой узбекский ресторан, где они с ним когда-то неплохо гуляли после дембеля.

Шашлык, рис и квашеные помидоры, манты. Стол накрыли шикарный, а выпивку Левченков не заказал. Сказал, перебьются они оба. Отныне Сергей либо перестает пить вообще, либо может валить с кафе и продолжать пить дома, пока и саму квартиру не пропьёт.

– Ну что, Новиков, совсем ты одичал. Не узнаю лучшего бойца, который головой черепа проламывал. Ты себя в зеркало видел вообще? В кого превратился?

– Не видел. На хрен мне на эту рожу смотреть.

– Правильно, Новиков. Рожа у тебя жуткая, с мешками под глазами, серая.

На труп живой похож. И из-за чего? Из-за бабы.

Сергей резко голову поднял, а он рукой предостерегающий жест сделал.

– Не кипятись так сразу. Не осуждаю. У всех бывает. Жизнь – она, падла такая, под дых с носака заедет и потом ржет, сука, глядя, как ты кишки на асфальт сблевал.

Сергей усмехнулся – если б только кишки. Ему кажется, что он туда душу выблевал. Внутри пусто, как в барабане после выпущенной обоймы.

– Я справки наводил, Новиков, секретность твоя по сроку давности уже давно истекла.