1
0
– В милицию заявлял?
– Нет, конечно! Что толку писать? Все равно никто никого искать не будет.
– Ты запомнил, как выглядели эти мерзавцы? Я могу подключить к их поиску нашу службу безопасности.
– Не надо. Я никого не запомнил и опознать не смогу.
Козодоев-старший вызвал из приемной секретаршу и распорядился:
– Попробуйте привести сына в божеский вид. Нам через полчаса надо выдвигаться на мероприятие.
Секретарша сбегала в производственный отдел, принесла целую коробку кремов и пудры. Поверх «Балета» она наложила еще три слоя косметики, но заретушировать свежий синяк не смогла.
Освящение здания бывшего обкома профсоюзов началось ровно в полдень. На мероприятии работали местные тележурналисты и американцы. Российский оператор ни на шаг не отходил от священника, иностранцы старались держаться в сторонке. Православный обряд их явно не интересовал. Оператор Флейк фиксировал происходящее с таким скучающим выражением лица, словно снимал репортаж о жизни аквариумных рыбок.
Сергей попытался найти среди телевизионщиков Сару Блант, но не смог.
Наконец священник отец Пантелеймон закончил молитву и стал окроплять святой водой кабинеты, стены коридора и всех присутствующих. Козодоева-младшего, словно главного грешника в городе, он обрызгал дважды.
– Во имя Отца, и Сына…
Благословение во имя Святого Духа досталось Мякоткину, пятидесятидвухлетнему грузному мужчине, директору коммерческого банка, стоявшему рядом с Сергеем. Мякоткин, окропленный святой водой, перекрестился и растер ладонью капли по лицу, словно умылся божественной благодатью.
– Мужские развлечения? – тихо спросил за спиной знакомый голос. – Вы участвовали в боксерском поединке?
Сергей обернулся. Перед ним стояла прекрасная американка.
– Хулиганы напали, – стараясь не привлекать к себе внимание, вполголоса ответил он.
Сара понятливо кивнула.
– Могу я пригласить вас на чашечку кофе после богослужения? – учтиво спросил Козодоев.
– В шесть вечера, – очень тихо, одними губами ответила американка. – Я знаю, где ваш офис.
Богослужение закончилось, люди в коридоре разом пришли в движение и оттеснили Сару от Сергея.
«Вот это удача! – ликовал Козодоев, возвращаясь к себе. – Пораньше выгоню девок из приемной, останусь с американкой наедине, а там… – Он представил, как нежно обнимает красавицу, касается губами ее бархатистой кожи, всем телом чувствует взаимность и сливается с ней в долгом страстном поцелуе.
