Прощение славянки

Ставлю пятерку, – с уважением отметил талант жены Турецкий, удивляясь про себя: чем только не забита голова у его красавицы жены. К тому же добровольно запоминать подобную мерзость для трусихи Ирки – настоящий подвиг. Он еще не догадывался, что не зря жена время от времени поражает его нововыученными словечками, у нее далеко идущие планы, которые к его работе имеют самое прямое отношение. Ирка все больше утверждалась в мысли сменить профессию и шла по новому пути семимильными шагами, наверстывая зря прожитые годы."

"Сегодня две подружки с разных концов города поспешали в облюбованную ими «Шоколадницу», потому что и сластенами они были изрядными.

Выбор пирожных в кафе был невообразимо широк, и обе дамочки дали себе слово со временем перепробовать все. Гордина привезла порцию психологических тестов, и, увлеченно жуя пирожные и отхлебывая капуччино мелкими глотками, они примеряли тесты к общим знакомым. Но почему-то главным пациентом неизменно оказывался Турецкий, и дам это ничуть не смущало. К концу третьей серии тестов обе были твердо уверены в целом ряде психических патологий, которыми страдает их любимый «пациент». Дамы, впрочем, не сильно горевали, решив окружить его любовью и демонстрировать полное понимание не всегда адекватных его поступков. К одному из них относилось его радостное оживление перед поездкой в командировку.

– Вот скажи мне, Лена, чего он так радуется? Прямо как слабоумный, которому показали конфетку. Ведь каждая командировка сопряжена с огромным риском. Его абы зачем не посылают, всегда расследовать сложное дело, там труп на трупе лежит и трупом погоняет. А ему все хихоньки да хахоньки. А в Назрани? Я вообще не чаяла его живым увидеть.

И под обстрелы попадал, и саперы перед ним шли сами на волосок от смерти…

– Низкий порог ощущения опасности… – глубокомысленно изрекла Елена, положив мощную ляжку на другую и покачивая изящной туфелькой. Ее полные, обтянутые рукавами розовой кофточки руки возлежали на столе, и она отдыхала, отставив пустую тарелочку с чашкой подальше, чтобы не мешали почивать пышным грудям, вольготно расположившимся между локтями. Ира взглянула на туфельки и в который раз удивилась маленькому размеру ног при таком крупном телосложении. «И как она ходит, как не падает на таких маленьких ножках?!» – мелькнула совсем глупая мысль, которой Ирина тут же устыдилась.

Прав Шурик, когда удивляется вслух, чем забита ее голова. «Это у меня от широты интересов», – утешила себя она.

– Слушай, Ирина, я без очков далеко не вижу, а надевать, чтобы пялиться на людей, неудобно. Там в углу, за твоей спиной, мужик сидит с какой-то чеченкой, так на Александра Борисовича похож. Я уже полчаса наблюдаю, но не уверена. А ну посмотри.

Ира оглянулась и чуть не свалилась со стула.