4
0
Программа поддается. Я делаю всего пару ошибок. Нормально! Я все же не дура безграмотная, а студентка! Будущий инженер!
Прохожусь взглядом по столикам, может, где чего забрать или добавить. Но нет. Все, вроде, штатно.
Середина рабочей недели, народу не особо много, несмотря на то, что уже девять. Заведение работает до двенадцати. Потом прибираемся и разъезжаемся. Сергей платит доставку на такси.
Вообще, здесь отношение к персоналу нормальное. Человеческое такое. И народ вроде не быдлястый. Ну так, встречаются экземпляры, конечно.
Я принимаю уже готовый коктейль для блондинки, несу. И неожиданно спотыкаюсь. Да так неудачно, что мохито летит прямо на элегантно уроненную на сиденье Гермес. От визга гостьи на мгновение закладывает уши.
Я, каким-то чудом, все же цепляюсь за стол, и не растягиваюсь во весь рост на полу. Извиняюсь, пытаюсь оттереть сумку.
Но визг становится просто запредельным:
- Да ты что? Не смей трогать! Это Гермес, дура тупая! Он стоит, как твоя квартира в Ново-Кукуево, или откуда ты там выползла, такая дура неуклюжая, деревенская овца…
Она еще что-то орет, но с меня хватит. Я сжимаю салфетку в кулаке, и понимаю, что сейчас просто с катушек слечу. И тогда будет уже плевать, что это нужная мне работа, что место неплохое, что я, типа, тихоня и само спокойствие…
Ну не терплю я, когда меня обвиняют несправедливо!
Я же не специально упала на нее!
Просто обувь новая, непривычная.
Рома с утра сгонял в магазин, без меня, потому что из пригодной для носки одежды у меня были только мартенсы. И почему-то идея обрядить меня в них и в какую-нибудь их футболку ни Диме, ни Роме категорически по вкусу не пришлась.
Еще ночью я пожаловалась на то, что нет нормальной черной закрытой обуви, не знаю, почему, к слову пришлось, в перерывах между убеждающими раундами секса.
И утром один из Зверей без разговоров рванул из квартиры, а второй приготовил кофе, напоил меня им.
А потом принудил к разнузданному сексу прямо на кухне.
Ну, как принудил… Наверно, я сама его принудила.
Это он потом заявил.
Потому что сидела, в одной футболке на голое тело ( а вот в чем мне еще сидеть? Белье-то мое не выдержало испытаний зверятами), и смотрела на него. И этого оказалось достаточно, чтоб принудиться.
На кухне секса у меня еще не было.
И, пожалуй, зря.
Потому что определенно это стоило повторить.
Дима, несмотря на свою молчаливость, языком владел хорошо. Даже очень.
Когда он посреди нашего разговора, невинной утренней беседы, замолчал, тяжело глядя на меня, я сначала не почуяла подвоха. Не поняла даже, что случилось такое.
А потом, когда он резко подхватил под мышки и уложил прямо на широкую столешницу, уже было поздно что-то возражать.
