Прокурор бросает вызов. Прокурор рисует круг. Прокурор разбивает яйцо

 — Не полагаясь на память, она посмотрела в записной книжке телефон Горация и сообщила его телефонистке. — Я — Дороти Клифтон. Когда вы свяжетесь с ним, пожалуйста, позвоните мне в номер. Мой номер, — она посмотрела на табличку на телефоне, — мой номер триста десятый.

В это время к дежурной телефонистке подошел Отто Ларкин.

— В триста десятом номере у вас новая постоялица, — обратился он к ней. Мне нужен отчет обо всех ее телефонных переговорах. Все, что вам станет известно, сообщите мне в полицию.

— Она только что заказала разговор, шеф.

— С кем?

— С адвокатом из Чикаго.

— Ого! — воскликнул Ларкин. — Вы сможете подключить меня к линии во время этого разговора?

— Простите, но это против правил и против закона. Я не могу этого сделать.

— Ну хорошо, хорошо, записывайте тех, с кем она будет разговаривать.

Он зашел в кабину телефона, опустил монету и позвонил в «Блейд».

— Гарри Элрод на месте? — спросил он. — Это Отто Ларкин. Позовите его.

— Хэлло, Гарри. Слушай, для тебя есть кое-что… Прокурор и шериф пытаются мошенничать. Они нашли машину, которая проходит в деле об убийстве.

И скрывают имя владельца этой машины. Но я сам все узнал. Здесь пахнет солидным скандалом. Машина принадлежит Дороти Клифтон, которая остановилась у Ленноксов. Она помолвлена с их старшим сыном и рассказывает странную историю о том, что кто-то ночью брал ее машину, а потом она нашла там кошелек девушки, которую считают убитой. Они призналась также, что находилась на лестнице в тот момент, когда Моана Леннокс обнаружила в своей комнате ночного посетителя. Похоже, эта Клифтон сама ездила на машине. Узнав все это, миссис Леннокс фактически выгнала Дороти из своего дома, и та вынуждена была отправиться в отель… Можешь раздуть эту историю, как тебе заблагорассудится. Ведь «Кларион» ничего не делает для меня. Только не сообщай, откуда ты получил эту информацию.

Гарри Элрод раболепно благодарил его. Весьма довольный Ларкин повесил трубку, вышел из отеля, завернул за угол и уселся в красную полицейскую машину.

А тем временем в своем номере Дороти металась из угла в угол. Потом зазвонил телефон, и ее предупредили, что соединяют с Чикаго.

Она нетерпеливо уселась у телефона и вскоре услышала голос Горация.

— Хэлло, дорогая! Я уже знаю, что ты хочешь сообщить. Сейчас ты скажешь, что мать ведет себя, как королева, что, в общем, семья неплохая и что ты скоро собираешься вернуться…

— Гораций! — воскликнула девушка в отчаянии. — Ты должен немедленно отправиться в аэропорт и прибыть сюда первым же самолетом!

— Что, что?

— Первым же самолетом! — произнесла она настойчиво. — Я покинула твой дом и живу теперь в отеле «Мэдисон».