Промышленникъ

Вот это императору понравилось сразу.

– Доход? Каким же это образом?

– Позвольте…

Папку наконец-то открыли, словно невзначай отодвинув еще дальше от докладчика.

– На Сестрорецком заводе будет налажена выделка разнообразного мерительного инструмента, оснастки для станков и прочего инструментального хозяйства. Потребность во всем этом – колоссальнейшая! Тульский завод будет выделывать станки, ручной инструмент и охотничье оружие по лицензиям князя. Ижевский – ручной инструмент и пистолеты по его же лицензиям, ренту он назначает сущий мизер, я проверял.

– Станки – это хорошо. Вот только откуда взять мастеровых, которые их будут делать?

– Осмелюсь заметить, государь: на Тульском заводе уже есть небольшое производство – исключительно для собственных нужд. Его расширят, обустроят всем необходимым, а недостающие рабочие руки обеспечит Александр Яковлевич.

– И об этом подумал? Гм. Ну хорошо. Что же хочет князь за свои труды? Надеюсь, вы помните, что казна испытывает большую недостаточность средств?

– Ни на минуту не забываю, государь!

Действительно, кому как не военному министру знать состояние казны? Его ведомство словно бездонная бочка проглатывало любые суммы, ассигнованные правительствующим сенатом, – проглатывало и просило еще.

Потому как ни на что толком их и не хватало. И это только армия, а ведь у государства Российского есть еще флот! Вот уж куда деньги уходили как в бездонную яму…

– В том и привлекательность сего предложения, что часть платы просят не деньгами, а казенными землями.

Из папки извлекли еще один лист. И опять ненароком ее сдвинули. От себя.

– Ряд пустующих земель рядом с Москвой… Во Владимирской губернии, рядом с городом Ковровом.

И в Оренбургской губернии, недалеко от города Челябинск.

С особым удовольствием глава военного ведомства огласил оценочную стоимость земель, составившую почти семь миллионов рублей на ассигнации.

– Полная стоимость всех работ по трем заводам составляет порядка двадцати двух миллионов. Двадцать два минус семь… Хороший итог, государь. Оставшиеся суммы князь готов получать с большой рассрочкой, в течение следующих пяти лет.

На лице императора проявилась тень сомнения.

Уж больно выгодные условия предлагает один из его подданных. В чем подвох, непонятно. Но он точно есть. Просто должен быть!

– Он называл срок исполнения своих обязательств?

– Да, все те же пять лет. Если мне только будет дозволено высказать свое мнение – я нахожу предложение князя Агренева весьма своевременным и крайне выгодным для государственных интересов, государь.

Александр Третий погрузился в тягостные раздумья, совершенно машинально оглаживая свою лопатообразную бороду.