Промышленникъ

Кстати, у меня и там тоже есть что экспедировать. Будешь ютиться с женой и детьми в собственном двухэтажном домишке на полудюжину комнат, получать зарплату и командировочные и спокойно заниматься привычным делом. В САМОМ худшем случае.

Демид оживал прямо на глазах, а вера в командира и так не пропадала. Его сиятельство еще в отряде доказал, что о своих заботится и никогда не бросает. Никогда!

– Кстати, тебе еще штраф с премией полагается. За что штраф, объяснять надо?

– Э?..

– Связал бы покойничка вовремя, здесь бы не оказался. Не говоря уже о том, что тот мог Игната толкнуть не голой рукой, а ножом.

Аккурат в почку бы и пришлось. Так что тысячу рублей с тебя долой – за нарушение инструкции.

Благодарные слушатели и так молчали, а услышав про такие страсти (и деньги), вовсе онемели. Убийцу наказали не за то, что убил, а за то, что при этом какие-то там правила нарушил!

– Премия, две тысячи. Товарища все же защитил, побег задержанного предотвратил. Пусть и несколько кардинальными мерами, хе-хе. Пять сотен тебе в плюс. Остальное страховщики накидали, так сказать, в благодарность за меткий выстрел. Твоя пуля помогла им сильно сэкономить на страховых выплатах по кражам.

Вот и расщедрились. Ладно, что-то засиделись мы с тобой, а дел еще много.

Мужчина в непредставимо дорогом костюме поднялся и спокойно дошел до массивной двери. Оглянулся, насмешливо изогнув бровь, дождался, пока его нагонит замешкавшийся подельник (в этом уже никто и не сомневался), и легонько бухнул в дверь кулаком. К невероятному охре… изумлению всей арестантской братии, их сосед по нарам спокойно вышел вслед за непонятным франтом. Все! Больше они этой странной парочки никогда и не видели.

Зато слухи по «тюремному телеграфу» пошли один страшнее другого. Разнились они от рассказчика к рассказчику все больше и больше, но все же кое в чем схожесть имели. Первое – в Русской оружейной компании платят премию за каждого убитого, и служат там в экспедиторах такие душегубы, что просто жуть! Им что курицу зарезать, что человека удавить – разницы вообще никакой. Второе – отпускают этих нелюдей потом без суда и следствия, да еще и в камеру к ним знакомцы заходят и выходят прямо как к себе домой. Ну и третье, что логично вытекало из первых двух, – промышлять на железной дороге становилось слишком опасно. Этак полезешь в вагон, а там башку прострелят, уши отрежут для отчетности, тело же где-нибудь на перегоне скинут, чтобы, значит, без лишней мороки! Или вообще мокроделы[14] эти сами в вагон кого подходящего затащат. И – того. Тышшу рублев за голову! Тут и святой не удержится, куда уж нам, многогрешным… Вот такие вот дела.

А князь Агренев и его экспедитор миновали несколько решеток, втрое больше постов с надзирателями и вышли на свежий воздух.