1
0Один приемный, другой родной. Значит, в жизни нагрешил много.
Он сел у кровати, и лбом уткнулся в мои сложенные на груди, безучастные руки.
— Прости.
Если бы извинения что-то меняли… Он извинялся не в первый раз, но с настоящей болью в голосе — впервые. Раньше он думал, что больной или здоровый будет ребенок — плевать, лишь бы подходил к планам. Но в жизни все не так. Может, за это и просит прощения.
Руслан поднял голову, вздохнул.
— Если бы не я, тебя бы не отравили.
— Не говори так. Я верю, что все будет хорошо.
Руслан улыбнулся, поглаживая мой подбородок.
Наверное, у нас еще могут быть дети.
Он потянулся ко мне и поцеловал в губы. Я уже забыла, как это. И закрыла глаза. В поцелуе не было жажды секса, как прежде. Только желание меня утешить, и я ответила, целуя его, как обезумевшая от жажды припадает к источнику.
— Спи, моя радость, — я удостоилась еще и поцелуя в лоб. — Прости, что раскис. Ты придумаешь имя, завтра его заберут, и я сделаю все, чтобы поставить его на ноги. Ни о чем не волнуйся. Я посижу с тобой, пока не уснешь…
Он нажал кнопку вызова медсестры.
— Принесите успокоительное.
Я хотела было возражать и замолчала. Зачем, если станет легче?
Меня вырубило практически после укола, а когда я открыла глаза в следующий раз, Руслана не было рядом, а в окна светило солнышко. Такое редкое в этот период года.
Я вызвала медсестру, чтобы она помогла мне привести себя в порядок и принять душ. Скорее всего, я тоже сегодня покину клинику.
Подождала минуту, но никто не пришел.
Какого хрена?
Я разволновалась, услышав шум в коридоре — кто-то пробежал мимо палаты. Набросив халат, я вышла из палаты. Это не на шутку меня разволновало.
Тут же от суматохи в коридоре меня отгородил охранник:
— Вернитесь в палату!
— Нет! — я уперлась ладонями в могучую грудь, пытаясь рассмотреть из-за этого «шкафа», что происходит. — Что с моим ребенком?
То, что случилось что-то с ним я ощутила на уровне подсознания и первобытных инстинктов. Уверенность, что он не в порядке.
— Немедленно отвечайте! — проорала я, и прикрикнула на охранника. — С дороги!
И, о чудо, он послушался.
— Позовите врача! — сказала я, оглядываясь.
Больше всего меня пугало, что у персонала вокруг были перепуганные глаза.
— Что с ним? — повторила я, ощущая, как страх прокалывает сердце. — Что случилось с ребенком? Не смейте молчать!
Глава 26
— Вернитесь в палату! — ко мне вышла знакомая врач в маске, надвинутой до самых глаз. — Уберите мать!
Она направилась обратно в реанимацию, а меня попытались остановить медсестры. Охранник позади взял меня за плечи. На несколько секунд я замешкалась — словно налетела на стеклянную стену. Стояла, покачиваясь и боролась с черными нитями обморока, подбирающегося к сознанию.
