4
0— Но вы выглядите иначе, нежели вас показывают по телевизору и интернету.
— Понимаю твою осторожность, — вытащив из кармана удостоверение аристократа, протянул. — Я стал немного выше из-за передоза магии света и боевых стимуляторов. И невесты попросили пока не «исправлять» эту мутацию.
— Ещё бы! — рассмеялся тот, но вдруг закрыл рот. — Прошу прощения. Не хотел вас обидеть.
— Пустяк. Мне все это говорят…
Покачав головой, подошёл к девушке. Немного ниже Бобровой, стройная, но не худая. Ноги… длинными их не назвать, но, в целом, комплекция у девушки неплохая. Впрочем, всё это поправимо, главное — это лицо. А вживую оно даже ещё лучше, чем на фото.
Пусть девушка не вызывает сексуальное желание, как, к примеру, Катя. А вот желание «заутипутить» очень даже. И этим я собираюсь воспользоваться.
— Я понимаю, что вы — аристократ, а мы лишь простолюдины, но Веру в обиду не дам! — мужчина поднялся, чтобы выглядеть грозным. — Она у нас нежная и ранимая, и, если вы вдруг захотите опорочить её, она не сможет отказать…
Ребёнку, к слову, двадцать один год…
Мужчина минуты две говорил о том, что «девочка» не переживёт надругательства и всё такое. Сама же Вероника ни разу не открыла рот. Отец и слова не дал ей вставить. Да уж.
— Дамир. Для аристократа, тем более из высшей аристократии, нет ничего позорнее, чем принудить простолюдина к интиму. Я, конечно, понимаю твои переживания, но, во-первых, Вероника — взрослая девушка, и у неё есть своя голова на плечах. А, во-вторых, я, беря её в своё агентство, несу за неё ответственность. Твои переживания напрасны.
— Модельные агентства — это сплошь разврат и всё делается через постель! — возразил мужчина, а я посмотрел на него и покачал головой. Тяжёлый случай… Очень.
— Я правильно понимаю, что ты сейчас оскорбил меня? — нахмурился я и слегка выпустил силу, надавив на мужчину, тот едва задыхаться не начал.
Не отрицаю, среди аристократов много извращенцев и избалованных властью личностей. Но это как правило молодые роды, которые, как говорится, из грязи в князи. Ну или всякие проблемные личности, как, к примеру, тот Джейкоб из графского рода Монро.
— Нет… что вы… я… — закряхтел тот, и я ослабил давление.
— Впредь прошу следить за своими словами, — строго произнёс и кинул на него суровый взгляд. Своё слово я уже сказал, и будь на моём месте тот же Зимов или Бобров, для Дамира это закончилось бы плачевно.
Это можно сравнить, как если бы тот же Бобров пришёл к императору и сказал, что он — «говно» и не верит ему. И ладно бы, сказал это один на один… Но прилюдно… За такое карают, потому что это влияет на авторитет в глазах подчинённых.
